Новости в сети

Loading...

Заместитель директора ФСКН России Николай Цветков, прибыв в Санкт-Петербург, рассказал журналистам Северной столицы о новой государственной программе под названием "Комплексная реабилитация и ресоциализация наркозависимых лиц".


"Петербургский дневник": В чем суть новой программы?

Николай Цветков: В конце ноября 2012 г. издано поручение президента России о разработке этой программы. В марте мы должны представить готовый результат на утверждение. Понятное дело, что только нашими, так сказать, усилиями, в рамках аппарата Государственного антинаркотического комитета, в рамках Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, мы эту работу вряд ли сделаем. Поэтому стремимся как можно более широко обсудить стоящие перед нами задачи с заинтересованными участниками. А это и специалисты, и любой желающий. Проблема очень серьезная, и решить ее исключительно полицейскими методами невозможно. Решать ее можно только сообща, и значительной задачей является оказание помощи и поддержки тем, кто попал в эту беду. 

"Петербургский дневник": Есть ли уже какие-то конкретные предложения для разрабатываемой программы?

Николай Цветков: Интересный проект был представлен Петербургом. Так называемый проект технопарка, в котором могло бы быть объединено взаимодействие власти, церкви, бизнеса и общества. Пока я не хочу давать оценку этому предложению – надо более предметно посмотреть и изучить. Но я хочу сказать, что в Петербурге есть немало людей и институтов, которые проблемой занимаются авторитетно. Мы работу сейчас по сути дела только начинаем, ожидаем поступления предложений на адрес ФСКН России, причем, повторюсь, абсолютно от каждого россиянина. Все предложения будем систематизировать, обобщать, и то, что достойно, включим в будущую программу. 

"Петербургский дневник": Общается ли ваше ведомство с общественными и неправительственными некоммерческими организациями и участвуют ли они в разработке предложений?

Николай Цветков: Да, мы с ними общаемся, и подавляющее большинство таких организаций заинтересовано в государственном частном партнерстве. Но далеко не все, кто предоставляет такие услуги, заинтересованы в том, чтобы о них знали. И наоборот, те, кто хочет о себе заявить, не всегда на поверку оказываются компетентными и добросовестными. Одна из целей – составить адекватное представление о том, кто в этой сфере достоин того, чтобы ему была оказана поддержка, в том числе грантовая.

"Петербургский дневник": Вы говорите о реабилитации. Но профилактика все-таки важнее?

Николай Цветков: Только карательными мерами ничего не исправить, но правоохранительная функция никуда не денется. К примеру, с 1 января вступила в силу пожизненная мера наказания за сбыт наркотиков в особо крупных размерах. Уверен, что такие жесткие шаги государства имеют и профилактический эффект для тех, для кого другие аргументы не очень убедительны. 

"Петербургский дневник": А может ли результатом разрабатываемой программы стать принудительное лечение от наркомании?

Николай Цветков: Принудительного лечения от наркомании быть, на мой взгляд, не может вообще. Сочетание "принудительное лечение" алогично. И ни наш, ни мировой опыт не опровергает мое убеждение. Наша задача – убедить, побудить, предоставить возможность человеку, оказавшемуся в этой трудной жизненной ситуации. На это и нацелена наша программа. Не путем его принуждения. Не путем его насильственной изоляции. Конечно, если он уже совершил правонарушение, к нему уже применяются те критерии, которые применяются к любому правонарушителю. Хотя есть и оговорки: с января 2012 г. действует статья УК, согласно которой человеку отсрочивается наказание, если доказана его вина, в случае если он соглашается пройти курс лечения от наркозависимости. Это и есть, на мой взгляд, правильное применение, в том числе зарубежного, опыта в наших условиях. 

"Петербургский дневник": Что собой представляет такое лечение?

Николай Цветков: Медицинская фаза очень важна, но она и непродолжительна. По сути, это детоксикация. Человека нужно вывести из состояния ломки. А потом уже наступает реабилитация. Есть медицинский этап этой реабилитации, то есть в том же самом диспансере, только в другой палате. А то, о чем говорим мы, – социальная реабилитация. То есть это не санаторий, а реабилитационный центр. Такие уже есть в Петербурге и Ленинградской области. В подобном центре человек должен провести не меньше года – мировая практика подсказывает именно такой срок. Для того чтобы наркотическая память перестала довлеть над сознанием. Но и дальше такой человек нуждается в сопровождении. Ведь если после лечения и реабилитации он попадает в ту среду, откуда пришел, риск рецидива очень велик. Поэтому нужно его сопровождать и дальше, на что тоже будет нацелена наша программа. Чтобы человека не бросать. Сейчас, увы, мы имеем дело с ситуацией, когда человеку может оказываться необходимая наркологическая помощь, а дальше он предоставлен сам себе, что неизбежно влечет к срыву.

"Петербургский дневник": Насколько эффективны такие организации , как "Город без наркотиков" и подобные?

Николай Цветков: Я бы не хотел давать оценки конкретным проектам и направлениям. Если мы говорим об эффективности тех или иных программ, то должны понимать, чем они мотивированы. Потому что те организации, которые вы упомянули, в моих глазах по крайней мере, не доказали своей эффективности. Много заявлений, много деклараций, довольно шумных иной раз, а на поверку результат-то очень скромный, если вообще есть. Я имею в виду то, что мы считаем свидетельством эффективности, а это наличие и длительность ремиссии – воздержания потребителя от употребления наркотиков. Нет здесь результатов, вот в чем дело. А есть желание, довольно энергичное желание,  пропиарить себя.

"Петербургский дневник": А какой процент совершивших преступления соглашается на лечение?

Николай Цветков: На сегодняшний день немногие соглашаются пройти лечение с последующей реабилитацией. И в этом, собственно, состоит резерв нашей работы. Мы должны находить подходы к каждому человеку, чтобы убедить его в необходимости пройти весь цикл освобождения от наркозависимости. И здесь необходимо создать условия, и не только силами нашей службы. Почему я и говорю о межведомственном характере. Создать условия для того, чтобы, убедившись в необходимости пройти такой курс, человек бы имел возможность это сделать на практике: куда ему обратиться сначала и что с ним будет потом. И чтобы он не разочаровался в дальнейшем в принятом им решении.

"Петербургский дневник": Есть ли какие-то спорные моменты, мешающие принять единую программу и уже ей следовать?

Николай Цветков: Конечно, идет дискуссия. Готовых решений нет и, наверное, быть не может. Есть спорные моменты технического плана, к примеру, какое конкретное ведомство должно отвечать за тот или иной компонент будущей программы. На самом деле ничто не мешает принять программу. 

Более того, чувствуется настрой готовности, желание каждого внести свой вклад, чтобы эта программа получилась и реалистичной, и по-хорошему пафосной, и мощной. Другое дело, что работа достаточно напряженная по срокам и разнообразная по позициям и мнениям. Скажем, кто-то считает, что наркомания неизлечима в принципе. Кто-то считает, что, наоборот, возможно и нужно человека вытаскивать оттуда. И если он оттуда вытащен, то может туда больше не вернуться. И я полагаю, что результатом этой дискуссии будет какое-то приближение к истине. 

"Петербургский дневник": По поводу кадеиносодержащих препаратов. Есть ли какая-то конкретная польза от того, что они перестали свободно отпускаться в аптеках?

Николай Цветков: С 1 июня 2012 г. вступил в силу новый порядок рецептурного отпуска кодеиносодержащих лекарственных препаратов. За это мы довольно долго и энергично бились, встречая определенное сопротивление, поскольку не все были убеждены в целесообразности такой меры. Сейчас мы можем сказать, что эта мера была правильной. 

Оборот кодеиносодержащих препаратов сократился по стране в 2 раза. Оборот дезоморфина, в наркосреде именуемого "крокодилом", сырьем для изготовления которого как раз и служили вот эти кодеиносодержащие лекарства, в некоторых регионах упал в разы, даже в десятки раз. В целом по стране можно говорить о трое­кратном сокращении объема этого наркотического средства. Такой показатель, как количество ликвидированных наркопритонов, в некоторых регионах вообще исчез. И не потому, что стали хуже работать те, кто выявляет. Просто не стало самого явления. В тех регионах, где мы наблюдали наиболее печальную картину в плане употребления дезоморфина, после введения этой меры мы наблюдаем резкое увеличение обращений за психологической помощью. Это Центральный федеральный округ, Липецкая и Рязанская области.

2013-01-15T08:11:00+04:00
Николай Цветков: "Принудительного лечения от наркомании быть не может вообще"

Заместитель директора ФСКН России Николай Цветков, прибыв в Санкт-Петербург, рассказал журналистам Северной столицы о новой государственной программе под названием "Комплексная реабилитация и ресоциализация наркозависимых лиц".


"Петербургский дневник": В чем суть новой программы?

Читать далее

Николай Цветков: В конце ноября 2012 г. издано поручение президента России о разработке этой программы. В марте мы должны представить готовый результат на утверждение. Понятное дело, что только нашими, так сказать, усилиями, в рамках аппарата Государственного антинаркотического комитета, в рамках Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, мы эту работу вряд ли сделаем. Поэтому стремимся как можно более широко обсудить стоящие перед нами задачи с заинтересованными участниками. А это и специалисты, и любой желающий. Проблема очень серьезная, и решить ее исключительно полицейскими методами невозможно. Решать ее можно только сообща, и значительной задачей является оказание помощи и поддержки тем, кто попал в эту беду. 

"Петербургский дневник": Есть ли уже какие-то конкретные предложения для разрабатываемой программы?

Николай Цветков: Интересный проект был представлен Петербургом. Так называемый проект технопарка, в котором могло бы быть объединено взаимодействие власти, церкви, бизнеса и общества. Пока я не хочу давать оценку этому предложению – надо более предметно посмотреть и изучить. Но я хочу сказать, что в Петербурге есть немало людей и институтов, которые проблемой занимаются авторитетно. Мы работу сейчас по сути дела только начинаем, ожидаем поступления предложений на адрес ФСКН России, причем, повторюсь, абсолютно от каждого россиянина. Все предложения будем систематизировать, обобщать, и то, что достойно, включим в будущую программу. 

"Петербургский дневник": Общается ли ваше ведомство с общественными и неправительственными некоммерческими организациями и участвуют ли они в разработке предложений?

Николай Цветков: Да, мы с ними общаемся, и подавляющее большинство таких организаций заинтересовано в государственном частном партнерстве. Но далеко не все, кто предоставляет такие услуги, заинтересованы в том, чтобы о них знали. И наоборот, те, кто хочет о себе заявить, не всегда на поверку оказываются компетентными и добросовестными. Одна из целей – составить адекватное представление о том, кто в этой сфере достоин того, чтобы ему была оказана поддержка, в том числе грантовая.

"Петербургский дневник": Вы говорите о реабилитации. Но профилактика все-таки важнее?

Николай Цветков: Только карательными мерами ничего не исправить, но правоохранительная функция никуда не денется. К примеру, с 1 января вступила в силу пожизненная мера наказания за сбыт наркотиков в особо крупных размерах. Уверен, что такие жесткие шаги государства имеют и профилактический эффект для тех, для кого другие аргументы не очень убедительны. 

"Петербургский дневник": А может ли результатом разрабатываемой программы стать принудительное лечение от наркомании?

Николай Цветков: Принудительного лечения от наркомании быть, на мой взгляд, не может вообще. Сочетание "принудительное лечение" алогично. И ни наш, ни мировой опыт не опровергает мое убеждение. Наша задача – убедить, побудить, предоставить возможность человеку, оказавшемуся в этой трудной жизненной ситуации. На это и нацелена наша программа. Не путем его принуждения. Не путем его насильственной изоляции. Конечно, если он уже совершил правонарушение, к нему уже применяются те критерии, которые применяются к любому правонарушителю. Хотя есть и оговорки: с января 2012 г. действует статья УК, согласно которой человеку отсрочивается наказание, если доказана его вина, в случае если он соглашается пройти курс лечения от наркозависимости. Это и есть, на мой взгляд, правильное применение, в том числе зарубежного, опыта в наших условиях. 

"Петербургский дневник": Что собой представляет такое лечение?

Николай Цветков: Медицинская фаза очень важна, но она и непродолжительна. По сути, это детоксикация. Человека нужно вывести из состояния ломки. А потом уже наступает реабилитация. Есть медицинский этап этой реабилитации, то есть в том же самом диспансере, только в другой палате. А то, о чем говорим мы, – социальная реабилитация. То есть это не санаторий, а реабилитационный центр. Такие уже есть в Петербурге и Ленинградской области. В подобном центре человек должен провести не меньше года – мировая практика подсказывает именно такой срок. Для того чтобы наркотическая память перестала довлеть над сознанием. Но и дальше такой человек нуждается в сопровождении. Ведь если после лечения и реабилитации он попадает в ту среду, откуда пришел, риск рецидива очень велик. Поэтому нужно его сопровождать и дальше, на что тоже будет нацелена наша программа. Чтобы человека не бросать. Сейчас, увы, мы имеем дело с ситуацией, когда человеку может оказываться необходимая наркологическая помощь, а дальше он предоставлен сам себе, что неизбежно влечет к срыву.

"Петербургский дневник": Насколько эффективны такие организации , как "Город без наркотиков" и подобные?

Николай Цветков: Я бы не хотел давать оценки конкретным проектам и направлениям. Если мы говорим об эффективности тех или иных программ, то должны понимать, чем они мотивированы. Потому что те организации, которые вы упомянули, в моих глазах по крайней мере, не доказали своей эффективности. Много заявлений, много деклараций, довольно шумных иной раз, а на поверку результат-то очень скромный, если вообще есть. Я имею в виду то, что мы считаем свидетельством эффективности, а это наличие и длительность ремиссии – воздержания потребителя от употребления наркотиков. Нет здесь результатов, вот в чем дело. А есть желание, довольно энергичное желание,  пропиарить себя.

"Петербургский дневник": А какой процент совершивших преступления соглашается на лечение?

Николай Цветков: На сегодняшний день немногие соглашаются пройти лечение с последующей реабилитацией. И в этом, собственно, состоит резерв нашей работы. Мы должны находить подходы к каждому человеку, чтобы убедить его в необходимости пройти весь цикл освобождения от наркозависимости. И здесь необходимо создать условия, и не только силами нашей службы. Почему я и говорю о межведомственном характере. Создать условия для того, чтобы, убедившись в необходимости пройти такой курс, человек бы имел возможность это сделать на практике: куда ему обратиться сначала и что с ним будет потом. И чтобы он не разочаровался в дальнейшем в принятом им решении.

"Петербургский дневник": Есть ли какие-то спорные моменты, мешающие принять единую программу и уже ей следовать?

Николай Цветков: Конечно, идет дискуссия. Готовых решений нет и, наверное, быть не может. Есть спорные моменты технического плана, к примеру, какое конкретное ведомство должно отвечать за тот или иной компонент будущей программы. На самом деле ничто не мешает принять программу. 

Более того, чувствуется настрой готовности, желание каждого внести свой вклад, чтобы эта программа получилась и реалистичной, и по-хорошему пафосной, и мощной. Другое дело, что работа достаточно напряженная по срокам и разнообразная по позициям и мнениям. Скажем, кто-то считает, что наркомания неизлечима в принципе. Кто-то считает, что, наоборот, возможно и нужно человека вытаскивать оттуда. И если он оттуда вытащен, то может туда больше не вернуться. И я полагаю, что результатом этой дискуссии будет какое-то приближение к истине. 

"Петербургский дневник": По поводу кадеиносодержащих препаратов. Есть ли какая-то конкретная польза от того, что они перестали свободно отпускаться в аптеках?

Николай Цветков: С 1 июня 2012 г. вступил в силу новый порядок рецептурного отпуска кодеиносодержащих лекарственных препаратов. За это мы довольно долго и энергично бились, встречая определенное сопротивление, поскольку не все были убеждены в целесообразности такой меры. Сейчас мы можем сказать, что эта мера была правильной. 

Оборот кодеиносодержащих препаратов сократился по стране в 2 раза. Оборот дезоморфина, в наркосреде именуемого "крокодилом", сырьем для изготовления которого как раз и служили вот эти кодеиносодержащие лекарства, в некоторых регионах упал в разы, даже в десятки раз. В целом по стране можно говорить о трое­кратном сокращении объема этого наркотического средства. Такой показатель, как количество ликвидированных наркопритонов, в некоторых регионах вообще исчез. И не потому, что стали хуже работать те, кто выявляет. Просто не стало самого явления. В тех регионах, где мы наблюдали наиболее печальную картину в плане употребления дезоморфина, после введения этой меры мы наблюдаем резкое увеличение обращений за психологической помощью. Это Центральный федеральный округ, Липецкая и Рязанская области.


Текст: Дмитрий Стаценко
Фото: Петербургский Дневник

Новости в сети

Новости по теме

Комментарии

Чтобы написать комментарий, необходимо авторизоваться через социальные сети:
или 

Новости в сети

Новости

Новости в сети

Социальные сети