Новости в сети

Loading...

Сегодня Всемирный день космонавтики и авиации. Незадолго до праздника в Санкт-Петербурге побывала Светлана Савицкая, первая в мире женщина, выполнившая два космических полета, и первая женщина на планете, которая совершила выход в открытый космос.


"Петербургский дневник": Светлана Евгеньевна, вы добились уникальных космических достижений. И, по мнению Жореса Алферова, являетесь самой героичес­кой женщиной планеты и одной из самых известных женщин в мире. Как вам удалось добиться таких успехов? 

Светлана Савицкая: Самую важную роль в том, что я смогла чего-то добиться в жизни и профессии, сыграла моя семья. И в первую очередь – мой отец, маршал авиации, дважды Герой Советского Союза, летчик Евгений Яковлевич Савицкий. 

Именно поэтому мне очень хочется, чтобы и у последующих поколений были такие же яркие и убедительные примеры, как у меня. 

"Петербургский дневник": Сейчас вы депутат Государственной думы, до этого были космонавтом. Как вы ощущаете себя в политике и не грустите ли по небу?

Светлана Савицкая: Я не могу и не хочу говорить, что работаю в политике профессионально. И хотя известность я получила благодаря полетам в космос, космонавтом я себя ощущаю лишь во вторую очередь. А в первую я – профессиональный летчик.  

Я окончила главную кузницу авиационных кадров – Московский авиационный институт (МАИ) по специальности "самолетостроение". И могу уверенно сказать, что самолет – это самое сложное техническое сооружение, из которого потом вышли космические корабли. 

Одновременно с МАИ училась в Центральной объединенной летно-технической школе при ЦК ДОСААФ в Калуге, окончив которую получила квалификацию "летчик-инструктор". Входила в состав сборной команды СССР по пилотажному спорту. 

Ко времени окончания института я установила три мировых рекорда по парашютному спорту в групповых прыжках из страто­сферы и 18 авиационных рекордов на реактивных самолетах. 

Диплом я защищала в КБ Микояна. Темой моей работы стала "Спираль" – прообраз многоразового космического аппарата. Это уже потом появились шаттлы и "Бураны", а тогда об этом было очень мало информации, и поэтому мне было так интересно разоб­раться во всем самой.

"Петербургский дневник": Но от самолетостроения до летчика есть дистанция, и немалая. Что привело вас в авиацию?

Светлана Савицкая: Известный летчик трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин, который в то время руководил такой мощной организацией, как ДОСААФ, выдвинул задачу ставить авиационные рекорды. В то время уже появились новые типы реактивных самолетов, и он стал настаивать на участии в полетах женщин. Нужно было побить аналогичный рекорд американской летчицы. И мы сделали это! Рекорд, установленный еще в советское время, до сих пор наш. 

Но я ставила перед собой задачу стать не просто летающим человеком, а человеком, летающим на космическом аппарате. По­этому, когда услышала о том, что в США производят набор женщин в отряд космонавтов, стала добиваться того, чтобы и меня тоже приняли. 

Сделать это было непросто, потому что Королев считал, что это неженское дело. А вот выдающийся ученый в облас­ти ракетно-космической техники, основоположник отечественного жидкостного ракетного двигателестроения академик Валентин Глушко, наоборот, был уверен: женщины могут и обязательно должны летать. 

Мой первый полет состоялся с 19 по 27 августа 1982 г. И после этого уже никто не смел говорить, что космонавтика – неженское занятие. 

Уже после моего полета планировался еще один, на этот раз чисто женский. Кстати, ваша землячка Катя Иванова, выпускница Военмеха, была моим дублером. Жаль, что ей так и не удалось слетать в космос. Мы тщательно готовились к полету, но нам постоянно что-то мешало: то чья-то болезнь, то неполадки на станции. 

Моей же конечной целью были полеты на "Буране". Поэтому, когда эту программу перестали финансировать и решили закрыть, я ушла из отряда космонавтов. 

Преподавала в МАИ, потом стала депутатом Государственной думы. Но лекции в родном институте читаю до сих пор. 

"Петербургский дневник": Вы установили три мировых рекорда по парашютному спорту в групповых прыжках из страто­сферы и 18 авиационных рекордов на реактивных самолетах. И поэтому наверняка сможете сравнить свои ощущения от затяжного прыжка и выхода в открытое космическое пространство. 

Светлана Савицкая: Это абсолютно разные ощущения. Ничего сложного для опытного парашютиста в выходе в космос нет, профессионально это нетрудно. А вот когда я совершала затяжные прыжки... в этом была определенная доля авантюризма. Мы прыгали с кислородными масками на лице, в не приспособленных для такой высоты – 19 тыс. км – костюмах. 

Были сложности и с подходящим самолетом, так как в то время самолетов, приспособленных для десантирования, в Советском Союзе было всего два. 

Когда мы набрали высоту, то, поскольку кабины были негерметичные, ощутили острый недостаток кислорода. А это очень опасно, так как одни теряют сознание, других начинает клонить ко сну. И многих в буквальном смысле этого слова приходилось будить. Наи­более часто такое происходило с мужчинами, особенно с теми, кто накануне позволил себе нарушать режим. Может быть, именно по­этому женщинам удалось установить три мировых рекорда, а мужчинам – только два.

Ну а тем, кто будет цитировать известные строки "Открылась бездна, звезд полна…", я могу ответить одно: это глупо и не очень профессионально. Настоящий космонавт не слишком дает волю своим эмоциям. И если хочешь чего-то добиться в авиации или в космонавтике, эмоции надо душить на корню. В нашей профессии так много не пролетаешь. Мы выходили в космос работать. 

"Петербургский дневник": И вы сумели это очень убедительно подтвердить. Полеты, выход в открытый космос, первая в мире сварка в открытом космическом пространстве…

Светлана Савицкая: Вы знаете, мы всегда соревновались с Америкой. А там к тому времени женщины уже летали в космос, шли разговоры о выходе в открытое пространство. И тогда я предложила опередить их. Сначала все сомневались, некоторые были против, но я пообещала: "Успеем", и мне удалось убедить руководство.

Сформировали экипаж, стали обкатывать летчиков и готовиться к полету. Но к нам – очередь: медики, биологи, химики. Все хотели испробовать свои наработки в космосе. 

К тому времени в Институте электросварки им. Е.О. Патона уже был создан инструмент для выполнения в условиях открытого космоса резки, сварки, пайки металлических пластин и напыления покрытий. Им нужен был только эксперимент на орбите. Тогда мы с Владимиром Джанибековым, который был командиром экипажа, во время выхода в открытый космос провели этот эксперимент и выполнили поставленные перед нами задачи.

Спустя 10-15 лет американцы захотели приобрести этот инструмент, приехали в институт и попросили меня подтвердить, действительно ли он работал в открытом космосе. И до сих пор они не смогли создать подобного инструмента для сварки. 

"Петербургский дневник": Недавно много шума наделал инцидент с челябинским метеоритом. На ваш взгляд, можно ли предвидеть подобные явления? Можно ли им что-нибудь противопоставить и как защититься от мощной природной стихии? 

Светлана Савицкая: Сегодня мы можем увидеть на орбите спутника Земли объекты величиной даже с теннисный мячик. Но этот метеорит шел с очень большой скоростью под острым углом, поэтому-то его никто не видел. 

И я думаю, что для нашего правительства этот метеорит был такой же неожиданностью, как и для всех нас. Что касается нашей и зарубежных систем ПВО, то они не нацелены на борьбу с метеоритами. И сделать в данной ситуации специалисты ничего не могли. Да и вообще – ловить метеориты не надо. 

Крупными астероидами надо заниматься, изучать их, а для этого нужны сложные системы. Тем более что тот крупный астероид, который недавно пролетал над Землей, вернется через несколько лет. 

"Петербургский дневник": Если заглянуть в космическое будущее, то каким оно вам видится? Может быть, это будут полеты на Луну или Марс?

Светлана Савицкая: Действительно, сегодня можно слышать разговоры о полетах то на Луну, то на Марс. Но я считаю, что это шараханье руководства. К полету на Марс мы пока не готовы. Это очень крупный и важный проект, касающийся всей цивилизации. Поэтому я уверена, что программа по Марсу должна быть международной. 

Сегодня очень продуктивны орбитальные полеты вокруг Земли, и я считаю, что надо создавать свою орбитальную станцию типа "Мира". Только она сможет помочь нам решить те задачи, которые сегодня стоят перед нами. 

2013-04-12T10:50:00+04:00
Светлана Савицкая: "В первую очередь я профессиональный летчик"

Сегодня Всемирный день космонавтики и авиации. Незадолго до праздника в Санкт-Петербурге побывала Светлана Савицкая, первая в мире женщина, выполнившая два космических полета, и первая женщина на планете, которая совершила выход в открытый космос.


"Петербургский дневник": Светлана Евгеньевна, вы добились уникальных космических достижений. И, по мнению Жореса Алферова, являетесь самой героичес­кой женщиной планеты и одной из самых известных женщин в мире. Как вам удалось добиться таких успехов? 

Читать далее

Светлана Савицкая: Самую важную роль в том, что я смогла чего-то добиться в жизни и профессии, сыграла моя семья. И в первую очередь – мой отец, маршал авиации, дважды Герой Советского Союза, летчик Евгений Яковлевич Савицкий. 

Именно поэтому мне очень хочется, чтобы и у последующих поколений были такие же яркие и убедительные примеры, как у меня. 

"Петербургский дневник": Сейчас вы депутат Государственной думы, до этого были космонавтом. Как вы ощущаете себя в политике и не грустите ли по небу?

Светлана Савицкая: Я не могу и не хочу говорить, что работаю в политике профессионально. И хотя известность я получила благодаря полетам в космос, космонавтом я себя ощущаю лишь во вторую очередь. А в первую я – профессиональный летчик.  

Я окончила главную кузницу авиационных кадров – Московский авиационный институт (МАИ) по специальности "самолетостроение". И могу уверенно сказать, что самолет – это самое сложное техническое сооружение, из которого потом вышли космические корабли. 

Одновременно с МАИ училась в Центральной объединенной летно-технической школе при ЦК ДОСААФ в Калуге, окончив которую получила квалификацию "летчик-инструктор". Входила в состав сборной команды СССР по пилотажному спорту. 

Ко времени окончания института я установила три мировых рекорда по парашютному спорту в групповых прыжках из страто­сферы и 18 авиационных рекордов на реактивных самолетах. 

Диплом я защищала в КБ Микояна. Темой моей работы стала "Спираль" – прообраз многоразового космического аппарата. Это уже потом появились шаттлы и "Бураны", а тогда об этом было очень мало информации, и поэтому мне было так интересно разоб­раться во всем самой.

"Петербургский дневник": Но от самолетостроения до летчика есть дистанция, и немалая. Что привело вас в авиацию?

Светлана Савицкая: Известный летчик трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин, который в то время руководил такой мощной организацией, как ДОСААФ, выдвинул задачу ставить авиационные рекорды. В то время уже появились новые типы реактивных самолетов, и он стал настаивать на участии в полетах женщин. Нужно было побить аналогичный рекорд американской летчицы. И мы сделали это! Рекорд, установленный еще в советское время, до сих пор наш. 

Но я ставила перед собой задачу стать не просто летающим человеком, а человеком, летающим на космическом аппарате. По­этому, когда услышала о том, что в США производят набор женщин в отряд космонавтов, стала добиваться того, чтобы и меня тоже приняли. 

Сделать это было непросто, потому что Королев считал, что это неженское дело. А вот выдающийся ученый в облас­ти ракетно-космической техники, основоположник отечественного жидкостного ракетного двигателестроения академик Валентин Глушко, наоборот, был уверен: женщины могут и обязательно должны летать. 

Мой первый полет состоялся с 19 по 27 августа 1982 г. И после этого уже никто не смел говорить, что космонавтика – неженское занятие. 

Уже после моего полета планировался еще один, на этот раз чисто женский. Кстати, ваша землячка Катя Иванова, выпускница Военмеха, была моим дублером. Жаль, что ей так и не удалось слетать в космос. Мы тщательно готовились к полету, но нам постоянно что-то мешало: то чья-то болезнь, то неполадки на станции. 

Моей же конечной целью были полеты на "Буране". Поэтому, когда эту программу перестали финансировать и решили закрыть, я ушла из отряда космонавтов. 

Преподавала в МАИ, потом стала депутатом Государственной думы. Но лекции в родном институте читаю до сих пор. 

"Петербургский дневник": Вы установили три мировых рекорда по парашютному спорту в групповых прыжках из страто­сферы и 18 авиационных рекордов на реактивных самолетах. И поэтому наверняка сможете сравнить свои ощущения от затяжного прыжка и выхода в открытое космическое пространство. 

Светлана Савицкая: Это абсолютно разные ощущения. Ничего сложного для опытного парашютиста в выходе в космос нет, профессионально это нетрудно. А вот когда я совершала затяжные прыжки... в этом была определенная доля авантюризма. Мы прыгали с кислородными масками на лице, в не приспособленных для такой высоты – 19 тыс. км – костюмах. 

Были сложности и с подходящим самолетом, так как в то время самолетов, приспособленных для десантирования, в Советском Союзе было всего два. 

Когда мы набрали высоту, то, поскольку кабины были негерметичные, ощутили острый недостаток кислорода. А это очень опасно, так как одни теряют сознание, других начинает клонить ко сну. И многих в буквальном смысле этого слова приходилось будить. Наи­более часто такое происходило с мужчинами, особенно с теми, кто накануне позволил себе нарушать режим. Может быть, именно по­этому женщинам удалось установить три мировых рекорда, а мужчинам – только два.

Ну а тем, кто будет цитировать известные строки "Открылась бездна, звезд полна…", я могу ответить одно: это глупо и не очень профессионально. Настоящий космонавт не слишком дает волю своим эмоциям. И если хочешь чего-то добиться в авиации или в космонавтике, эмоции надо душить на корню. В нашей профессии так много не пролетаешь. Мы выходили в космос работать. 

"Петербургский дневник": И вы сумели это очень убедительно подтвердить. Полеты, выход в открытый космос, первая в мире сварка в открытом космическом пространстве…

Светлана Савицкая: Вы знаете, мы всегда соревновались с Америкой. А там к тому времени женщины уже летали в космос, шли разговоры о выходе в открытое пространство. И тогда я предложила опередить их. Сначала все сомневались, некоторые были против, но я пообещала: "Успеем", и мне удалось убедить руководство.

Сформировали экипаж, стали обкатывать летчиков и готовиться к полету. Но к нам – очередь: медики, биологи, химики. Все хотели испробовать свои наработки в космосе. 

К тому времени в Институте электросварки им. Е.О. Патона уже был создан инструмент для выполнения в условиях открытого космоса резки, сварки, пайки металлических пластин и напыления покрытий. Им нужен был только эксперимент на орбите. Тогда мы с Владимиром Джанибековым, который был командиром экипажа, во время выхода в открытый космос провели этот эксперимент и выполнили поставленные перед нами задачи.

Спустя 10-15 лет американцы захотели приобрести этот инструмент, приехали в институт и попросили меня подтвердить, действительно ли он работал в открытом космосе. И до сих пор они не смогли создать подобного инструмента для сварки. 

"Петербургский дневник": Недавно много шума наделал инцидент с челябинским метеоритом. На ваш взгляд, можно ли предвидеть подобные явления? Можно ли им что-нибудь противопоставить и как защититься от мощной природной стихии? 

Светлана Савицкая: Сегодня мы можем увидеть на орбите спутника Земли объекты величиной даже с теннисный мячик. Но этот метеорит шел с очень большой скоростью под острым углом, поэтому-то его никто не видел. 

И я думаю, что для нашего правительства этот метеорит был такой же неожиданностью, как и для всех нас. Что касается нашей и зарубежных систем ПВО, то они не нацелены на борьбу с метеоритами. И сделать в данной ситуации специалисты ничего не могли. Да и вообще – ловить метеориты не надо. 

Крупными астероидами надо заниматься, изучать их, а для этого нужны сложные системы. Тем более что тот крупный астероид, который недавно пролетал над Землей, вернется через несколько лет. 

"Петербургский дневник": Если заглянуть в космическое будущее, то каким оно вам видится? Может быть, это будут полеты на Луну или Марс?

Светлана Савицкая: Действительно, сегодня можно слышать разговоры о полетах то на Луну, то на Марс. Но я считаю, что это шараханье руководства. К полету на Марс мы пока не готовы. Это очень крупный и важный проект, касающийся всей цивилизации. Поэтому я уверена, что программа по Марсу должна быть международной. 

Сегодня очень продуктивны орбитальные полеты вокруг Земли, и я считаю, что надо создавать свою орбитальную станцию типа "Мира". Только она сможет помочь нам решить те задачи, которые сегодня стоят перед нами. 


Текст: Марина Алексеева
Фото: Архив ПД
Разделы: Интервью
Тэги:

Новости в сети

Новости по теме

Комментарии

Чтобы написать комментарий, необходимо авторизоваться через социальные сети:
или 

Новости в сети

Новости

Новости в сети

Социальные сети