Новости в сети

Loading...

Заместитель главного судебного пристава Санкт-Петербурга Алексей Варушкин рассказал "Петербургскому дневнику" о специфике работы в суде, зеленых беретах и о том, как много представительниц прекрасного пола работают приставами.

"Петербургский дневник": Почему именно судебные приставы отвечают за порядок в судах? Какие функции они выполняют?

Алексей Варушкин: Федеральная служба судебных приставов разделяется на две основные категории: судебные приставы, которые контролируют исполнение судебных решений, и приставы по обеспечению установленного порядка деятельности судов (ОУПДС), непосредственно обеспечивающие безопасность в судах, пропускной режим, контроль порядка в здании суда и на судебных процессах. Также они помогают приставам-исполнителям и обеспечивают их безопасность, когда те находятся на исполнительных действиях. 

Их работа регламентирована в соответствии с ФЗ №118, который был принят в 1997 году. С этого закона началась новейшая история службы судебных приставов, хотя первое упоминание службы было более пятисот лет назад (в Судебнике 1497 года). 

"Петербургский дневник": У вас есть еще своего рода спецназ - группа быстрого реагирования. Какие у них задачи?

Алексей Варушкин: Сотрудники группы быстрого реагирования привлекаются на особо сложные мероприятия – крупные выселения, приостановки деятельности значимых объектов, но в основном занимаются межрегиональными приводами (когда лицо, вызванное в суд, не является) и выдворением (лиц, нарушающих правила пребывания на территории РФ, – иностранцы или лица без гражданства).

Как правило, если иностранец злостно не выполняет правила проживания на территории России, то это уже криминальный элемент, и поэтому необходимо привлечение более квалифицированных сотрудников. У группы быстрого реагирования иные возможности: большее разнообразие спецсредств и оружия, которое они имеют право применить, а также значительно выше уровень физической подготовки. Сотрудники ГБР, в отличие от приставов по ОУПДС, гораздо чаще проводят тренировочные занятия по боевой, огневой, физической подготовке.

"Петербургский дневник": Какие суды попадают под вашу охрану и достаточно ли укомплектованы ваши ряды? 

Алексей Варушкин: Охрана судов - это вспомогательная функция. Здесь уместнее говорить об обеспечении безопасности всех участников судебного процесса. Именно эти задачи наши приставы выполняют во всех 5 федеральных судах, 24 районных судах и на 211 участках мировых судей в Петербурге. Что касается обеспеченности личным составом, то здесь, конечно, проблема: на сегодняшний день укомплектованность составляет порядка 80% от штатной численности (немногим более 500 человек).

Нехватку можно объяснить, прежде всего, недостаточно высокой оплатой труда, хотя решение о повышении зарплаты продекларировано, и это вопрос времени. Также важным моментом является психологическая и физическая подготовка кандидатов, не все способны, в силу своих возможностей, пройти отбор. Что касается плюсов работы, то это стабильность, социальная значимость и достаточное количество привилегий. Сейчас, например, у приставов по ОУПДС есть определенные преимущества: это и бесплатный проезд, и медицинская страховка, и возможность обучения в высших учебных заведениях на более льготных условиях, получение второго высшего образования. Как правило, это имеет большое значение для тех кандидатов, которые идут к нам.

Пользуясь случаем, я хотел бы пригласить к нам молодых людей. До конца года у нас следующие требования: возраст от 21 года и полное среднее образование. Со следующего года  уже обязательно необходимо наличие высшего, причем юридического, образования.

"Петербургский дневник": Слышал, что и среди судебных приставов по ОУПДС много девушек. Не тяжела ли им такая работа?

Алексей Варушкин: До этого я работал в федеральной службе исполнения наказаний и могу сказать, что там девушек больше – порядка 50%. А в ФССП всего 30%. Различается и рабочий функционал. В УФСИН девушки и на вышках стоят, и в безопасности, к примеру, в "Крестах" они выводят заключенных, и мужчин в том числе. В ФССП немного иначе: во-первых, в каждом суде, как вы знаете, производится досмотр. А досматривать должно лицо того же пола, что и досматриваемый.

Также у нас в каждом суде установлена так называемая автоматизированная информационная система – это компьютер, различного вида отчетность, база уклоняющихся и находящихся в розыске. В основном девушки сидят там. И еще девушки-приставы задействованы в участках мировых судей, так как туда идут люди не столь маргинальной направленности. Могу лишь сказать, что наши сотрудницы справляются на своих участках работы, и пока по этому поводу никаких вопросов не возникало.

"Петербургский дневник": Почему иногда журналистов не допускают в зал заседаний? А иногда даже в здание суда. Ведь у нас открытый суд... 

Алексей Варушкин: Здесь имеет силу только распоряжение судьи. Во-первых, в каждом суде есть правила поведения в суде, причем они могут разниться. Каждый председатель суда имеет право внести в типовые правила какие-то изменения. А, в свою очередь, судебный пристав по ОУПДС обязан выполнять решение председателя суда и судей в том числе.

"Петербургский дневник": Ваше личное отношение к объединению Верховного и Арбитражного судов и как это скажется на работе приставов?

Алексей Варушкин: У меня такое впечатление, что судейское сообщество само сегодня в некотором недоумении. Недаром президент дал несколько месяцев на то, чтобы только проработать механизм. И мне кажется, что там есть какие-то подводные течения, назрела некая ситуация, которую президент хочет решить вот таким путем, найти из нее выход. Что касается нашей службы, то, уверен, что данная инициатива здесь никак не скажется. Суды как институты останутся так, как они есть, просто каким-то образом их деятельность будет координироваться централизованно. 

"Петербургский дневник": Часто ли граждане пытаются пронести в суды опасные предметы, оружие? Что вы можете изъять?

Алексей Варушкин: Чаще они не пронести пытаются, а просто не знают, что в суд заходить с огнестрельным и холодным оружием, наркотическими, токсическими, взрывчатыми веществами, колюще-режущими предметами нельзя. Если, к примеру, человек пришел в суд с травматическим пистолетом, на который он не имеет разрешения, наши приставы имеют право изъять у него это оружие.  

"Петербургский дневник": А если в суд пытается пройти сотрудник МВД, у которого имеется оружие, его вы тоже не пустите?

Алексей Варушкин: Сотрудника МВД могут пропустить с оружием, только если он конвоирует кого-то в суд. В остальных случаях это не допускается. 

"Петербургский дневник": Часто можно услышать, что судебные приставы по ОУПДС задержали на входе в здании суда находящегося в розыске гражданина. А что все эти люди делают в суде, если они скрываются от правосудия? Как-то их поведение нелогично. 

Алексей Варушкин: Кто-то, может, не знает, что он в розыске. Такое бывает, когда человек не является на судебные заседания. Они не могут бесконечно откладываться, и судья объявляет такого человека в розыск. А этот человек, к примеру, находится в глубоком запое, а когда приходит в себя, вспоминает, что ему вроде бы надо в суд. Приходит, и его задерживают. Сегодня на входе в суд у приставов есть база тех, кто в розыске, по которой они сверяют каждого, кто приходит в суд. Причем, как правило, задерживают таких уже на выходе, спокойно и без лишнего шума:  либо своими силами, либо с вызовом полиции. 

"Петербургский дневник": А какие-то курьезные случаи встречались при попытке пройти в здание суда?

Алексей Варушкин: Знаете, курьезных случаев нет. Не та служба. Трагичные – бывали. И в зданиях суда, и на приводах. Буквально недавно в Московском райсуде выбросился из окна мигрант, когда судья вынесла ему постановление о выдворении. Еще был случай в Московском районе, когда приставы пошли за наркоманом, которому грозило очередное лишение свободы, а он не являлся на заседания. Когда приставы пришли, его мать сказала, что сына нет дома. Приставы попросили открыть одну из закрытых дверей. Он оказался в той комнате, а когда увидел приставов, приставил себе к горлу нож. Они его стали обезоруживать, но он успел немного поцарапать себя и обоих приставов тоже. Вместо судебного заседания его пришлось везти в больницу. Поэтому не до курьезов здесь.

"Петербургский дневник": Что важно знать гражданам при посещении судов?

Алексей Варушкин: Самое важное – это ознакомиться с правилами поведения в суде. Они расположены, как правило, на входе, на видном месте. Если они отсутствуют, посетители вправе потребовать эти правила у судебных приставов, которые обязаны их предоставить. 

"Петербургский дневник": Судебные приставы по ОУПДС, как вы сказали, еще и доставляют участников судебных процессов в суды принудительно. Это касается только обвиняемых? Приходится ли приводить в суд свидетелей? 

Алексей Варушкин: Абсолютно всех участников судебного процесса имеют право подвергнуть приводу. Даже истца.

"Петербургский дневник": А оружие применять приходится? Какое, кстати, оружие имеют право носить судебные приставы? 

Алексей Варушкин: Сегодня приставы по ОУПДС, включая девушек, имеют право на ношение табельного оружия – это пистолет Макарова, и стандартный набор спецсредств: газовый баллончик, электрошокер, резиновая палка, наручники. Изначально, после приема на службу, они проходят полуторамесячную первоначальную специальную подготовку и сдают экзамены. Что касается применения, то по крайней мере в нашем регионе на поражение оружие пока не применялось, в отличие от Кавказа, где это, к сожалению, случается. Спецсредства периодически используются. 

"Петербургский дневник": Как вы относитесь к инициативе вооружить всех приставов, в том числе судебных приставов-исполнителей?

Алексей Варушкин: Я считаю, что это не правильно. Потому что судебные приставы-исполнители, производства которых связаны с определенным риском, идут в сопровождении приставов по ОУПДС (как правило, не менее, чем в сопровождении двоих). Поэтому я не считаю, что это необходимо, поскольку создаст лишний повод для того, чтобы соблазнить человека применить оружие или же соблазнить кого-то у пристава это оружие отобрать. 

"Петербургский дневник": У вас недавно появились свои "краповые" береты - зеленые береты. Кто обладает правом ношения "зеленого" берета. Много ли таких в Санкт-Петербурге?

Алексей Варушкин: Да, действительно, "зеленый" берет в службе судебных приставов является аналогом "крапового" берета в ВВ МВД. Таких по России сегодня очень мало. Во-первых, ввели этот институт совсем недавно (чуть более двух лет назад). Во-вторых, очень сложно пройти отбор. Сначала он проводится в каждом регионе. Потом, кто в своем регионе этот жесткий отбор прошел, направляются на базу внутренних войск, туда, где как раз куются "краповые" береты. После всех испытаний каждый из кандидатов в "зеленые" береты выходит на бой с несколькими, причем "свежими" действующими "краповыми" беретами. И там все по-взрослому: никаких учебных боев нет. Кто-то уже сумел выстоять данное испытание, но не из нашего региона.

Так что пока в Петербурге своих "зеленых" беретов нет. Но в августе двое кандидатов из нашей группы быстрого реагирования поедут в Москву на финальный этап. Кстати, в нашей петербургской ГБР есть боец, имеющий "краповый" берет.

2013-07-10T11:57:00+04:00
Алексей Варушкин: В суде правила едины

Заместитель главного судебного пристава Санкт-Петербурга Алексей Варушкин рассказал "Петербургскому дневнику" о специфике работы в суде, зеленых беретах и о том, как много представительниц прекрасного пола работают приставами.

Читать далее

"Петербургский дневник": Почему именно судебные приставы отвечают за порядок в судах? Какие функции они выполняют?

Алексей Варушкин: Федеральная служба судебных приставов разделяется на две основные категории: судебные приставы, которые контролируют исполнение судебных решений, и приставы по обеспечению установленного порядка деятельности судов (ОУПДС), непосредственно обеспечивающие безопасность в судах, пропускной режим, контроль порядка в здании суда и на судебных процессах. Также они помогают приставам-исполнителям и обеспечивают их безопасность, когда те находятся на исполнительных действиях. 

Их работа регламентирована в соответствии с ФЗ №118, который был принят в 1997 году. С этого закона началась новейшая история службы судебных приставов, хотя первое упоминание службы было более пятисот лет назад (в Судебнике 1497 года). 

"Петербургский дневник": У вас есть еще своего рода спецназ - группа быстрого реагирования. Какие у них задачи?

Алексей Варушкин: Сотрудники группы быстрого реагирования привлекаются на особо сложные мероприятия – крупные выселения, приостановки деятельности значимых объектов, но в основном занимаются межрегиональными приводами (когда лицо, вызванное в суд, не является) и выдворением (лиц, нарушающих правила пребывания на территории РФ, – иностранцы или лица без гражданства).

Как правило, если иностранец злостно не выполняет правила проживания на территории России, то это уже криминальный элемент, и поэтому необходимо привлечение более квалифицированных сотрудников. У группы быстрого реагирования иные возможности: большее разнообразие спецсредств и оружия, которое они имеют право применить, а также значительно выше уровень физической подготовки. Сотрудники ГБР, в отличие от приставов по ОУПДС, гораздо чаще проводят тренировочные занятия по боевой, огневой, физической подготовке.

"Петербургский дневник": Какие суды попадают под вашу охрану и достаточно ли укомплектованы ваши ряды? 

Алексей Варушкин: Охрана судов - это вспомогательная функция. Здесь уместнее говорить об обеспечении безопасности всех участников судебного процесса. Именно эти задачи наши приставы выполняют во всех 5 федеральных судах, 24 районных судах и на 211 участках мировых судей в Петербурге. Что касается обеспеченности личным составом, то здесь, конечно, проблема: на сегодняшний день укомплектованность составляет порядка 80% от штатной численности (немногим более 500 человек).

Нехватку можно объяснить, прежде всего, недостаточно высокой оплатой труда, хотя решение о повышении зарплаты продекларировано, и это вопрос времени. Также важным моментом является психологическая и физическая подготовка кандидатов, не все способны, в силу своих возможностей, пройти отбор. Что касается плюсов работы, то это стабильность, социальная значимость и достаточное количество привилегий. Сейчас, например, у приставов по ОУПДС есть определенные преимущества: это и бесплатный проезд, и медицинская страховка, и возможность обучения в высших учебных заведениях на более льготных условиях, получение второго высшего образования. Как правило, это имеет большое значение для тех кандидатов, которые идут к нам.

Пользуясь случаем, я хотел бы пригласить к нам молодых людей. До конца года у нас следующие требования: возраст от 21 года и полное среднее образование. Со следующего года  уже обязательно необходимо наличие высшего, причем юридического, образования.

"Петербургский дневник": Слышал, что и среди судебных приставов по ОУПДС много девушек. Не тяжела ли им такая работа?

Алексей Варушкин: До этого я работал в федеральной службе исполнения наказаний и могу сказать, что там девушек больше – порядка 50%. А в ФССП всего 30%. Различается и рабочий функционал. В УФСИН девушки и на вышках стоят, и в безопасности, к примеру, в "Крестах" они выводят заключенных, и мужчин в том числе. В ФССП немного иначе: во-первых, в каждом суде, как вы знаете, производится досмотр. А досматривать должно лицо того же пола, что и досматриваемый.

Также у нас в каждом суде установлена так называемая автоматизированная информационная система – это компьютер, различного вида отчетность, база уклоняющихся и находящихся в розыске. В основном девушки сидят там. И еще девушки-приставы задействованы в участках мировых судей, так как туда идут люди не столь маргинальной направленности. Могу лишь сказать, что наши сотрудницы справляются на своих участках работы, и пока по этому поводу никаких вопросов не возникало.

"Петербургский дневник": Почему иногда журналистов не допускают в зал заседаний? А иногда даже в здание суда. Ведь у нас открытый суд... 

Алексей Варушкин: Здесь имеет силу только распоряжение судьи. Во-первых, в каждом суде есть правила поведения в суде, причем они могут разниться. Каждый председатель суда имеет право внести в типовые правила какие-то изменения. А, в свою очередь, судебный пристав по ОУПДС обязан выполнять решение председателя суда и судей в том числе.

"Петербургский дневник": Ваше личное отношение к объединению Верховного и Арбитражного судов и как это скажется на работе приставов?

Алексей Варушкин: У меня такое впечатление, что судейское сообщество само сегодня в некотором недоумении. Недаром президент дал несколько месяцев на то, чтобы только проработать механизм. И мне кажется, что там есть какие-то подводные течения, назрела некая ситуация, которую президент хочет решить вот таким путем, найти из нее выход. Что касается нашей службы, то, уверен, что данная инициатива здесь никак не скажется. Суды как институты останутся так, как они есть, просто каким-то образом их деятельность будет координироваться централизованно. 

"Петербургский дневник": Часто ли граждане пытаются пронести в суды опасные предметы, оружие? Что вы можете изъять?

Алексей Варушкин: Чаще они не пронести пытаются, а просто не знают, что в суд заходить с огнестрельным и холодным оружием, наркотическими, токсическими, взрывчатыми веществами, колюще-режущими предметами нельзя. Если, к примеру, человек пришел в суд с травматическим пистолетом, на который он не имеет разрешения, наши приставы имеют право изъять у него это оружие.  

"Петербургский дневник": А если в суд пытается пройти сотрудник МВД, у которого имеется оружие, его вы тоже не пустите?

Алексей Варушкин: Сотрудника МВД могут пропустить с оружием, только если он конвоирует кого-то в суд. В остальных случаях это не допускается. 

"Петербургский дневник": Часто можно услышать, что судебные приставы по ОУПДС задержали на входе в здании суда находящегося в розыске гражданина. А что все эти люди делают в суде, если они скрываются от правосудия? Как-то их поведение нелогично. 

Алексей Варушкин: Кто-то, может, не знает, что он в розыске. Такое бывает, когда человек не является на судебные заседания. Они не могут бесконечно откладываться, и судья объявляет такого человека в розыск. А этот человек, к примеру, находится в глубоком запое, а когда приходит в себя, вспоминает, что ему вроде бы надо в суд. Приходит, и его задерживают. Сегодня на входе в суд у приставов есть база тех, кто в розыске, по которой они сверяют каждого, кто приходит в суд. Причем, как правило, задерживают таких уже на выходе, спокойно и без лишнего шума:  либо своими силами, либо с вызовом полиции. 

"Петербургский дневник": А какие-то курьезные случаи встречались при попытке пройти в здание суда?

Алексей Варушкин: Знаете, курьезных случаев нет. Не та служба. Трагичные – бывали. И в зданиях суда, и на приводах. Буквально недавно в Московском райсуде выбросился из окна мигрант, когда судья вынесла ему постановление о выдворении. Еще был случай в Московском районе, когда приставы пошли за наркоманом, которому грозило очередное лишение свободы, а он не являлся на заседания. Когда приставы пришли, его мать сказала, что сына нет дома. Приставы попросили открыть одну из закрытых дверей. Он оказался в той комнате, а когда увидел приставов, приставил себе к горлу нож. Они его стали обезоруживать, но он успел немного поцарапать себя и обоих приставов тоже. Вместо судебного заседания его пришлось везти в больницу. Поэтому не до курьезов здесь.

"Петербургский дневник": Что важно знать гражданам при посещении судов?

Алексей Варушкин: Самое важное – это ознакомиться с правилами поведения в суде. Они расположены, как правило, на входе, на видном месте. Если они отсутствуют, посетители вправе потребовать эти правила у судебных приставов, которые обязаны их предоставить. 

"Петербургский дневник": Судебные приставы по ОУПДС, как вы сказали, еще и доставляют участников судебных процессов в суды принудительно. Это касается только обвиняемых? Приходится ли приводить в суд свидетелей? 

Алексей Варушкин: Абсолютно всех участников судебного процесса имеют право подвергнуть приводу. Даже истца.

"Петербургский дневник": А оружие применять приходится? Какое, кстати, оружие имеют право носить судебные приставы? 

Алексей Варушкин: Сегодня приставы по ОУПДС, включая девушек, имеют право на ношение табельного оружия – это пистолет Макарова, и стандартный набор спецсредств: газовый баллончик, электрошокер, резиновая палка, наручники. Изначально, после приема на службу, они проходят полуторамесячную первоначальную специальную подготовку и сдают экзамены. Что касается применения, то по крайней мере в нашем регионе на поражение оружие пока не применялось, в отличие от Кавказа, где это, к сожалению, случается. Спецсредства периодически используются. 

"Петербургский дневник": Как вы относитесь к инициативе вооружить всех приставов, в том числе судебных приставов-исполнителей?

Алексей Варушкин: Я считаю, что это не правильно. Потому что судебные приставы-исполнители, производства которых связаны с определенным риском, идут в сопровождении приставов по ОУПДС (как правило, не менее, чем в сопровождении двоих). Поэтому я не считаю, что это необходимо, поскольку создаст лишний повод для того, чтобы соблазнить человека применить оружие или же соблазнить кого-то у пристава это оружие отобрать. 

"Петербургский дневник": У вас недавно появились свои "краповые" береты - зеленые береты. Кто обладает правом ношения "зеленого" берета. Много ли таких в Санкт-Петербурге?

Алексей Варушкин: Да, действительно, "зеленый" берет в службе судебных приставов является аналогом "крапового" берета в ВВ МВД. Таких по России сегодня очень мало. Во-первых, ввели этот институт совсем недавно (чуть более двух лет назад). Во-вторых, очень сложно пройти отбор. Сначала он проводится в каждом регионе. Потом, кто в своем регионе этот жесткий отбор прошел, направляются на базу внутренних войск, туда, где как раз куются "краповые" береты. После всех испытаний каждый из кандидатов в "зеленые" береты выходит на бой с несколькими, причем "свежими" действующими "краповыми" беретами. И там все по-взрослому: никаких учебных боев нет. Кто-то уже сумел выстоять данное испытание, но не из нашего региона.

Так что пока в Петербурге своих "зеленых" беретов нет. Но в августе двое кандидатов из нашей группы быстрого реагирования поедут в Москву на финальный этап. Кстати, в нашей петербургской ГБР есть боец, имеющий "краповый" берет.


Текст: Дмитрий Стаценко
Фото: Управление Федеральной службы судебных приставов по Петербургу

Новости в сети

Новости по теме

Комментарии

Чтобы написать комментарий, необходимо авторизоваться через социальные сети:
или 

Новости в сети

Новости

Новости в сети

Социальные сети