Новости в сети

Loading...

Работа участкового, как правило, остается незаметной в масштабах той борьбы с преступностью, о которой обычно узнаешь из СМИ. Но именно от участкового зависит – будет ли на вверенном ему участке покой и порядок, или в большой город впрыснется очередная доза криминального яда. О своей работе читателям "Петербургского дневника" рассказывает старший участковый 72 отдела полиции Фрунзенского района Борис Дзекан.   

"Петербургский дневник": Что входит в сферу вашей деятельности?

Борис Дзекан: Перво-наперво это охрана общественного порядка, потому что в работу участкового в обязательном порядке входит двухчасовое патрулирование ежедневно. Смотреть за тем, чтобы не распивали спиртное на детских площадках, не хулиганили, естественно, чтобы не совершалось преступлений. В общем, профилактика – ходишь, смотришь, делаешь, если надо, замечания. Кроме того, в сферу деятельности входит постоянная работа с гражданами, состоящими на учете, а также теми, кто освободился из мест лишения свободы, "бытовиками", которые совершают нарушения в сфере семейно-бытовых отношений. Скажем, если к "бытовикам" не заглядывать, они распоясываются, теряют чувство ответственности.

И вообще участковые на своем участке представляют в какой-то мере всю полицию. Мы, в своем роде, универсальные солдаты – работаем и оперативниками, и дознавателями…

"Петербургский дневник": Всех ли жителей вашего участка вы знаете?

Борис Дзекан: Конечно, объемы работы большие, но могу сказать, что на моем участке меня знают процентов семьдесят. И в лицо, и то, что я участковый. При таком количестве жителей (около 9 тыс. человек – прим. Ред) обойти все сразу невозможно. Но я стараюсь ежедневно посещать те или иные квартиры, знакомлюсь с жильцами. Минимум пять квартир в день посещаю обязательно. У меня есть свой собственный план обхода. И, конечно, в идеале необходимо, чтобы меня знали все и не боялись открывать дверь.

"Петербургский дневник": А в квартиры особенно неблагополучных граждан совершаете визиты?

Борис Дзекан: Обязательно и не менее одного раза в месяц. И таких на моем участке не мало. Если их не посещать, то там может произойти, что угодно. То чья-нибудь мать уходит в запой. То чей-нибудь сын напивается и начинает терроризировать родителей. Здесь нужен глаз да глаз, как говорится. А в моей работе – постоянная профилактика. И вообще всех тех, кто освобождается, я беру на особый контроль. Но хочу сказать, что не все из них, что называется, закоренелые преступники. Некоторые совершенно нормальные люди. К ним придешь, поговоришь - с родителями, с соседями – ни у кого никаких претензий. А есть такие, с кем бесполезно вообще говорить: как был преступником, так им и остался. Есть у меня такой на учете, который и полгода на свободе не задерживается. Сейчас снова отбывает срок.  Уже в пятый  раз.

"Петербургский дневник": А бывает, что вам отказываются открыть дверь?

Борис Дзекан: К сожалению, нередко и такое бывает. "Мы не вызывали, нам полиция не нужна". И так далее.

"Петербургский дневник": А что вы делаете в таких случаях?

Борис Дзекан: Предлагаю прийти в участок для знакомства. А после разворачиваюсь и ухожу. Что говорить, некоторые даже и слушать ничего не желают. Но все такие квартиры я обязательно беру на заметку.

"Петербургский дневник": А они имеют право так себя вести?

Борис Дзекан: По закону, да. Неприкосновенность жилища и прочее. А согласно закону о полиции, только в двух случаях можно вызывать спецгруппу и штурмом брать квартиру: если есть подозрение, что в квартире происходит тяжкое преступление либо в ней скрывается преступник, совершивший тяжкое преступление. При этом надо быть на сто процентов уверенными, что он находится именно там.

"Петербургский дневник": На вашем участке случалось нечто подобное?

Борис Дзекан: На моем участке такого не было. 

"Петербургский дневник": Вы отработали в органах внутренних дел более 25 лет. Приходилось ли самому задерживать преступника или предотвращать преступление, или кого-то спасти?

Борис Дзекан: Задерживал и не раз. Как раз были лихие девяностые. В составе спецпатруля мы вышли на подозреваемых. Начали их "крутить". Они указали на квартиру, в которой находился их вооруженный подельник, торговец наркотиками. Пришлось вызывать СОБР. Пока спецназ возился с дверью, преступник начал через нее стрелять. Ранил в ногу оперативника. Времена были еще те. Как-то задержали автомобиль с мигалкой и милицейскими номерами. Заблокировали ее тремя патрульными машинами. Что-то вызвало наше подозрение. Как оказалось, не зря. Вооруженные бандиты ехали с офисного разбоя. К милиции преступники не имели никакого отношения. Кроме того, неоднократно принимал участие в задержаниях автоугонщиков.

В работе участковым тоже разное бывает. Помню, пришел по вызову, а в квартире избитая сыном мать, а сын уже на  подоконнике, одно стекло разбил и пытается разбить второе. Буквально в последний момент успел его вытащить. Случается, что и с ножом кидаются, но вид табельного оружия отрезвляет. 

"Петербургский дневник": Вы застали еще советское время. Насколько сильно изменилась криминогенная ситуация? Есть ли отличия в методах работы тогда и сейчас? Изменились ли люди и их отношение к участковому?

Борис Дзекан: Тогда было гораздо спокойнее. Да и вообще преступности было меньше. Меньше той же наркоты. Соответственно, меньше грабежей, потому что грабят в основном наркоманы. Что касается отношения людей, то здесь все зависит от конкретного человека. Если человек нормальный, то он и относится нормально. А есть люди, которые относятся предвзято, считают, что все им должны, в том числе и полиция. И, конечно, сейчас люди стали менее терпимы. Если что не так, сразу бегут куда-то жаловаться, не понимая того, что сотрудник полиции не всегда правомочен делать то, чего от него хотят граждане. Взять тот же закон Санкт-Петербурга о тишине. По решению Верховного Суда РФ полиция, являясь федеральным органом, не имеет права привлекать к ответственности за нарушения регионального законодательства. А граждане начинают жаловаться, мол, что это за полиция, которая не может наказать. Я говорю: "Извините, но я не имею права ломать дверь, чтобы он музыку выключил".

"Петербургский дневник": А что, закон о тишине у нас не работает?

Борис Дзекан: Работает, но право составлять протокол об административном правонарушении по данному закону предоставлено муниципальным органам власти.  

"Петербургский дневник": А если во дворе ночью собираются компании – орут, дерутся?

Борис Дзекан: Полиция в любом случае будет реагировать на сообщение граждан. За рамками наших полномочий остается вопрос привлечения таких нарушителей к административной ответственности.

"Петербургский дневник": А что делать гражданам в таких случаях, которым эти, пусть и трезвые, песняры, элементарно мешают спать? Вызывать полицию или заткнуть уши берушами и спрятаться под одеяло?

Борис Дзекан: Разумеется, вызывать. Мы все равно обязательно приезжаем по просьбе граждан и разбираемся в ситуации уже на месте. Если они пишут заявления, мы также их всегда принимаем, регистрируем и направляем в наш муниципальный совет, который уже на основании этого заявления вынесет решение, привлекать кого-то к ответственности или нет. Правда, это действует, когда шумят в квартире, а когда уличный шум, то все равно очень сложно привлечь. Пока человека доставишь, установишь его личность, люди, как правило, уже и передумывают писать заявление. Во дворе вновь воцарилась тишина, и тем, кому час назад шум мешал, этого вполне хватает. Кстати, что касается заявлений о нарушении тишины: с появлением закона их стало гораздо больше. Если раньше на нарушение тишины граждане, проживающие на моем участке, жаловались 2-3 раза в сутки, то теперь доходит до 10 заявлений в день. То есть люди знают, что есть закон, что полиция вроде бы как обязана пресекать, и, соответственно, чаще обращаются. 

"Петербургский дневник": Оцените криминогенную ситуацию конкретно на вашем участке.

Борис Дзекан: У меня на участке обстановка достаточно спокойная. С начала этого года совершено всего два преступления. Одно из них - тяжкие телесные, повлекшие смерть. Это было в начале года, зимой. Человека избили на улице неизвестные, и впоследствии он скончался в больнице. Данное преступление пока не раскрыто. Другое совершенное на участке преступление – угон машины. А в остальном, тьфу-тьфу-тьфу, ни грабежей, ни краж.

"Петербургский дневник": А сколько вообще во Фрунзенском районе участков?

Борис Дзекан: Где-то порядка ста.

"Петербургский дневник": Во Фрунзенском районе довольно  большое количество мигрантов. Создают ли они проблемы на вашем участке?

Борис Дзекан: 31 октября при обходе я выявил очередную квартиру, где проживают граждане Узбекистана. Проверка документов нарушений с их стороны не выявила. Все трудоустроены. Находятся здесь на законных основаниях. Тем не менее я написал соответствующий рапорт, копия которого отправляется в налоговую инспекцию. А на каких условиях мигранты снимают данную квартиру, будут уже разбираться в налоговой. И, кстати, налоговики последнее время стали очень активно заниматься теми, кто сдает квартиры, требуя от них деклараций и т. д. А вообще квартир на участке очень много сдается, в том числе и выходцам из Средней Азии. Но каких-то особых проблем, связанных с мигрантами, не припомню.

"Петербургский дневник": Насколько часто и в каких случаях люди обращаются к участковому за помощью?

Борис Дзекан: Обращаются часто и прийти могут по любому поводу. В основном это бытовые конфликты, муж с женой поругались и подрались, сосед с соседом и прочее. Или как-то женщина пожаловалась на  соседку по коммунальной квартире, мол, та свет выключает в туалете. Я же не могу там сидеть и караулить. Провел беседу с той, что свет выключает. А она не признается и, тем паче, виноватой себя не считает: говорит, что свет у той в туалете гаснет, потому как за электричество не платит. Приходят жаловаться и тогда, когда у кого-то, к примеру, деньги с банковской карты сняли. Даже такие попадаются. То есть, считают, что участковый может все. 

"Петербургский дневник": А контролируете ли вы тех, у кого имеется зарегистрированное охотничье или травматическое оружие?

Борис Дзекан: Согласно приказу, мы должны проверять владельцев такого оружия не реже одного раза в год. А тех,  у кого нарезное оружие, даже два раза в год. И я всех таких жильцов посещаю в обязательном порядке. Осталось буквально человек десять непроверенных. Уверен, что до конца года проверю и их.

"Петербургский дневник": Какова роль осведомителей в вашей работе? Таковыми по-прежнему, как это было в советское время, являются всевидящие бабульки?

Борис Дзекан: Бабульки – основные, конечно. У них даже есть свои старшие по подъезду, которые мне звонят и докладывают ситуацию. И я не считаю их осведомителями. На мой взгляд, это просто порядочные люди, которые переживают за то, чтобы все было в порядке. Был случай, позвонила мне одна из таких бабушек и сказала, что в соседней квартире живет мужчина, у которого недавно умерла мама, и что с ним творится что-то нехорошее. Мы пришли, посмотрели, разобрались. Я вызвал врачей, которые отправили его на лечение. После курса лечения он вернулся нормальным человеком. Иногда сообщают о том, что торгуют наркотиками и надо срочно принять меры. Так что информация от бабулек действительно приносит огромную пользу. Сейчас, по крайней мере, с торговлей наркотиками на территории участка – тишина. Информация даже от бабулек не поступает.

"Петербургский дневник": Входит ли в вашу компетенцию работа с автовладельцами, нарушающими правила парковки на газонах и тротуарах?

Борис Дзекан: К сожалению, с недавнего времени данное правонарушение также относится к компетенции муниципальных органов власти, так как определено городским законом. Но до этого в данном направлении мы поработали хорошо. Частенько привлекали тех, кто парковался на газонах, пока не отучили делать это вообще.

"Петербургский дневник": А с брошенными автомобилями вы как-нибудь боретесь?

Борис Дзекан: Есть у нас такой пунктик в работе, как выявление брошенного и бесхозного автотранспорта. Если находим такие машины, долгое время стоящие без знаков или в полуразобранном состоянии, вызываем эвакуатор, который увозит машину на специальную площадку, где какое-то время автомобиль дожидается владельца. Если он так и не появится, то машину просто утилизируют. За последние пару лет от таких автомобилей мы очистили участок полностью.

2013-11-18T10:43:00+04:00
Борис Дзекан: В моей работе нужна постоянная профилактика

Работа участкового, как правило, остается незаметной в масштабах той борьбы с преступностью, о которой обычно узнаешь из СМИ. Но именно от участкового зависит – будет ли на вверенном ему участке покой и порядок, или в большой город впрыснется очередная доза криминального яда. О своей работе читателям "Петербургского дневника" рассказывает старший участковый 72 отдела полиции Фрунзенского района Борис Дзекан.   

Читать далее

"Петербургский дневник": Что входит в сферу вашей деятельности?

Борис Дзекан: Перво-наперво это охрана общественного порядка, потому что в работу участкового в обязательном порядке входит двухчасовое патрулирование ежедневно. Смотреть за тем, чтобы не распивали спиртное на детских площадках, не хулиганили, естественно, чтобы не совершалось преступлений. В общем, профилактика – ходишь, смотришь, делаешь, если надо, замечания. Кроме того, в сферу деятельности входит постоянная работа с гражданами, состоящими на учете, а также теми, кто освободился из мест лишения свободы, "бытовиками", которые совершают нарушения в сфере семейно-бытовых отношений. Скажем, если к "бытовикам" не заглядывать, они распоясываются, теряют чувство ответственности.

И вообще участковые на своем участке представляют в какой-то мере всю полицию. Мы, в своем роде, универсальные солдаты – работаем и оперативниками, и дознавателями…

"Петербургский дневник": Всех ли жителей вашего участка вы знаете?

Борис Дзекан: Конечно, объемы работы большие, но могу сказать, что на моем участке меня знают процентов семьдесят. И в лицо, и то, что я участковый. При таком количестве жителей (около 9 тыс. человек – прим. Ред) обойти все сразу невозможно. Но я стараюсь ежедневно посещать те или иные квартиры, знакомлюсь с жильцами. Минимум пять квартир в день посещаю обязательно. У меня есть свой собственный план обхода. И, конечно, в идеале необходимо, чтобы меня знали все и не боялись открывать дверь.

"Петербургский дневник": А в квартиры особенно неблагополучных граждан совершаете визиты?

Борис Дзекан: Обязательно и не менее одного раза в месяц. И таких на моем участке не мало. Если их не посещать, то там может произойти, что угодно. То чья-нибудь мать уходит в запой. То чей-нибудь сын напивается и начинает терроризировать родителей. Здесь нужен глаз да глаз, как говорится. А в моей работе – постоянная профилактика. И вообще всех тех, кто освобождается, я беру на особый контроль. Но хочу сказать, что не все из них, что называется, закоренелые преступники. Некоторые совершенно нормальные люди. К ним придешь, поговоришь - с родителями, с соседями – ни у кого никаких претензий. А есть такие, с кем бесполезно вообще говорить: как был преступником, так им и остался. Есть у меня такой на учете, который и полгода на свободе не задерживается. Сейчас снова отбывает срок.  Уже в пятый  раз.

"Петербургский дневник": А бывает, что вам отказываются открыть дверь?

Борис Дзекан: К сожалению, нередко и такое бывает. "Мы не вызывали, нам полиция не нужна". И так далее.

"Петербургский дневник": А что вы делаете в таких случаях?

Борис Дзекан: Предлагаю прийти в участок для знакомства. А после разворачиваюсь и ухожу. Что говорить, некоторые даже и слушать ничего не желают. Но все такие квартиры я обязательно беру на заметку.

"Петербургский дневник": А они имеют право так себя вести?

Борис Дзекан: По закону, да. Неприкосновенность жилища и прочее. А согласно закону о полиции, только в двух случаях можно вызывать спецгруппу и штурмом брать квартиру: если есть подозрение, что в квартире происходит тяжкое преступление либо в ней скрывается преступник, совершивший тяжкое преступление. При этом надо быть на сто процентов уверенными, что он находится именно там.

"Петербургский дневник": На вашем участке случалось нечто подобное?

Борис Дзекан: На моем участке такого не было. 

"Петербургский дневник": Вы отработали в органах внутренних дел более 25 лет. Приходилось ли самому задерживать преступника или предотвращать преступление, или кого-то спасти?

Борис Дзекан: Задерживал и не раз. Как раз были лихие девяностые. В составе спецпатруля мы вышли на подозреваемых. Начали их "крутить". Они указали на квартиру, в которой находился их вооруженный подельник, торговец наркотиками. Пришлось вызывать СОБР. Пока спецназ возился с дверью, преступник начал через нее стрелять. Ранил в ногу оперативника. Времена были еще те. Как-то задержали автомобиль с мигалкой и милицейскими номерами. Заблокировали ее тремя патрульными машинами. Что-то вызвало наше подозрение. Как оказалось, не зря. Вооруженные бандиты ехали с офисного разбоя. К милиции преступники не имели никакого отношения. Кроме того, неоднократно принимал участие в задержаниях автоугонщиков.

В работе участковым тоже разное бывает. Помню, пришел по вызову, а в квартире избитая сыном мать, а сын уже на  подоконнике, одно стекло разбил и пытается разбить второе. Буквально в последний момент успел его вытащить. Случается, что и с ножом кидаются, но вид табельного оружия отрезвляет. 

"Петербургский дневник": Вы застали еще советское время. Насколько сильно изменилась криминогенная ситуация? Есть ли отличия в методах работы тогда и сейчас? Изменились ли люди и их отношение к участковому?

Борис Дзекан: Тогда было гораздо спокойнее. Да и вообще преступности было меньше. Меньше той же наркоты. Соответственно, меньше грабежей, потому что грабят в основном наркоманы. Что касается отношения людей, то здесь все зависит от конкретного человека. Если человек нормальный, то он и относится нормально. А есть люди, которые относятся предвзято, считают, что все им должны, в том числе и полиция. И, конечно, сейчас люди стали менее терпимы. Если что не так, сразу бегут куда-то жаловаться, не понимая того, что сотрудник полиции не всегда правомочен делать то, чего от него хотят граждане. Взять тот же закон Санкт-Петербурга о тишине. По решению Верховного Суда РФ полиция, являясь федеральным органом, не имеет права привлекать к ответственности за нарушения регионального законодательства. А граждане начинают жаловаться, мол, что это за полиция, которая не может наказать. Я говорю: "Извините, но я не имею права ломать дверь, чтобы он музыку выключил".

"Петербургский дневник": А что, закон о тишине у нас не работает?

Борис Дзекан: Работает, но право составлять протокол об административном правонарушении по данному закону предоставлено муниципальным органам власти.  

"Петербургский дневник": А если во дворе ночью собираются компании – орут, дерутся?

Борис Дзекан: Полиция в любом случае будет реагировать на сообщение граждан. За рамками наших полномочий остается вопрос привлечения таких нарушителей к административной ответственности.

"Петербургский дневник": А что делать гражданам в таких случаях, которым эти, пусть и трезвые, песняры, элементарно мешают спать? Вызывать полицию или заткнуть уши берушами и спрятаться под одеяло?

Борис Дзекан: Разумеется, вызывать. Мы все равно обязательно приезжаем по просьбе граждан и разбираемся в ситуации уже на месте. Если они пишут заявления, мы также их всегда принимаем, регистрируем и направляем в наш муниципальный совет, который уже на основании этого заявления вынесет решение, привлекать кого-то к ответственности или нет. Правда, это действует, когда шумят в квартире, а когда уличный шум, то все равно очень сложно привлечь. Пока человека доставишь, установишь его личность, люди, как правило, уже и передумывают писать заявление. Во дворе вновь воцарилась тишина, и тем, кому час назад шум мешал, этого вполне хватает. Кстати, что касается заявлений о нарушении тишины: с появлением закона их стало гораздо больше. Если раньше на нарушение тишины граждане, проживающие на моем участке, жаловались 2-3 раза в сутки, то теперь доходит до 10 заявлений в день. То есть люди знают, что есть закон, что полиция вроде бы как обязана пресекать, и, соответственно, чаще обращаются. 

"Петербургский дневник": Оцените криминогенную ситуацию конкретно на вашем участке.

Борис Дзекан: У меня на участке обстановка достаточно спокойная. С начала этого года совершено всего два преступления. Одно из них - тяжкие телесные, повлекшие смерть. Это было в начале года, зимой. Человека избили на улице неизвестные, и впоследствии он скончался в больнице. Данное преступление пока не раскрыто. Другое совершенное на участке преступление – угон машины. А в остальном, тьфу-тьфу-тьфу, ни грабежей, ни краж.

"Петербургский дневник": А сколько вообще во Фрунзенском районе участков?

Борис Дзекан: Где-то порядка ста.

"Петербургский дневник": Во Фрунзенском районе довольно  большое количество мигрантов. Создают ли они проблемы на вашем участке?

Борис Дзекан: 31 октября при обходе я выявил очередную квартиру, где проживают граждане Узбекистана. Проверка документов нарушений с их стороны не выявила. Все трудоустроены. Находятся здесь на законных основаниях. Тем не менее я написал соответствующий рапорт, копия которого отправляется в налоговую инспекцию. А на каких условиях мигранты снимают данную квартиру, будут уже разбираться в налоговой. И, кстати, налоговики последнее время стали очень активно заниматься теми, кто сдает квартиры, требуя от них деклараций и т. д. А вообще квартир на участке очень много сдается, в том числе и выходцам из Средней Азии. Но каких-то особых проблем, связанных с мигрантами, не припомню.

"Петербургский дневник": Насколько часто и в каких случаях люди обращаются к участковому за помощью?

Борис Дзекан: Обращаются часто и прийти могут по любому поводу. В основном это бытовые конфликты, муж с женой поругались и подрались, сосед с соседом и прочее. Или как-то женщина пожаловалась на  соседку по коммунальной квартире, мол, та свет выключает в туалете. Я же не могу там сидеть и караулить. Провел беседу с той, что свет выключает. А она не признается и, тем паче, виноватой себя не считает: говорит, что свет у той в туалете гаснет, потому как за электричество не платит. Приходят жаловаться и тогда, когда у кого-то, к примеру, деньги с банковской карты сняли. Даже такие попадаются. То есть, считают, что участковый может все. 

"Петербургский дневник": А контролируете ли вы тех, у кого имеется зарегистрированное охотничье или травматическое оружие?

Борис Дзекан: Согласно приказу, мы должны проверять владельцев такого оружия не реже одного раза в год. А тех,  у кого нарезное оружие, даже два раза в год. И я всех таких жильцов посещаю в обязательном порядке. Осталось буквально человек десять непроверенных. Уверен, что до конца года проверю и их.

"Петербургский дневник": Какова роль осведомителей в вашей работе? Таковыми по-прежнему, как это было в советское время, являются всевидящие бабульки?

Борис Дзекан: Бабульки – основные, конечно. У них даже есть свои старшие по подъезду, которые мне звонят и докладывают ситуацию. И я не считаю их осведомителями. На мой взгляд, это просто порядочные люди, которые переживают за то, чтобы все было в порядке. Был случай, позвонила мне одна из таких бабушек и сказала, что в соседней квартире живет мужчина, у которого недавно умерла мама, и что с ним творится что-то нехорошее. Мы пришли, посмотрели, разобрались. Я вызвал врачей, которые отправили его на лечение. После курса лечения он вернулся нормальным человеком. Иногда сообщают о том, что торгуют наркотиками и надо срочно принять меры. Так что информация от бабулек действительно приносит огромную пользу. Сейчас, по крайней мере, с торговлей наркотиками на территории участка – тишина. Информация даже от бабулек не поступает.

"Петербургский дневник": Входит ли в вашу компетенцию работа с автовладельцами, нарушающими правила парковки на газонах и тротуарах?

Борис Дзекан: К сожалению, с недавнего времени данное правонарушение также относится к компетенции муниципальных органов власти, так как определено городским законом. Но до этого в данном направлении мы поработали хорошо. Частенько привлекали тех, кто парковался на газонах, пока не отучили делать это вообще.

"Петербургский дневник": А с брошенными автомобилями вы как-нибудь боретесь?

Борис Дзекан: Есть у нас такой пунктик в работе, как выявление брошенного и бесхозного автотранспорта. Если находим такие машины, долгое время стоящие без знаков или в полуразобранном состоянии, вызываем эвакуатор, который увозит машину на специальную площадку, где какое-то время автомобиль дожидается владельца. Если он так и не появится, то машину просто утилизируют. За последние пару лет от таких автомобилей мы очистили участок полностью.


Текст: Дмитрий Стаценко
Фото: Петербургский Дневник
Разделы: Интервью

Новости в сети

Новости по теме

Комментарии

Чтобы написать комментарий, необходимо авторизоваться через социальные сети:
или 

Новости в сети

Новости

Новости в сети

Социальные сети