В четверг, 15 января, отмечается 15-летие со дня основания Следственного комитета РФ как самостоятельной структуры. Заместитель руководителя Главного следственного управления СК РФ по Санкт-Петербургу полковник юстиции Александр Скибенко рассказал о достигнутых результатах и особенностях работы.

– Александр Юрьевич, в чем специфика работы в таком мегаполисе, как Петербург?

– Особенности работы именно в нашем городе больше касаются попыток нарушить покой людей. Мошеннические схемы, попытки мешать туристам, невыплата зарплат различными предприятиями, проблемы трудовой миграции... Широкий спектр задач.

В 2025 году Главным следственным управлением рассмотрено почти 16 тысяч сообщений о преступлениях. Возбуждено более четырех тысяч уголовных дел, находилось в производстве более шести тысяч, окончено почти 2,5 тысячи уголовных дел. Количество предварительно расследованных преступлений по направленным в суд уголовным делам в 2025 году составило 4,4 тысячи, из которых 2,1 тысячи относятся к категории тяжких и особо тяжких.

Раскрываемость убийств в 2025 году составила 98 процентов. В прошлом году в Санкт-Петербурге не было зарегистрировано ни одного преступления по уголовной статье «Бандитизм».

Основное в работе Главного следственного управления – это не столько единичные громкие дела, наиболее активно освещаемые в СМИ, а в целом борьба со всем спектром преступлений, которые несут угрозу горожанам.

– Как защищают права участников специальной военной операции?

– Следственный комитет России уделяет особое внимание обращениям, которые поступают от родственников военных и лично участников СВО. Защита прав наших воинов и членов их семей держится на особом контроле.

Существует целая система схем злоумышленников, которые пытаются заполучить деньги ветеранов операции. Уже выявлено определенное количество групп людей, которые пытались похищать положенные выплаты.

Такие дела есть, как и привлеченные по ним злоумышленники. То же касается обращений, когда жена или родственники вступают в спор о праве на использование средств участника СВО. По каждому обращению идет отдельное разбирательство.

– Что изменилось за 15 лет со дня основания Главного следственного управления СК в Петербурге как самостоятельного ведомства?

– С исторической точки зрения этот период времени может казаться незначительным, но на деле пройден большой путь. За это время структура работы по борьбе с преступностью изменилась кардинально. Для сравнения: в 2011 году регистрировалось 310 убийств, а в 2025-м – 147. Положительная динамика очевидна.

Появились новые методы и приемы. Значительную помощь оказали и такие решения городских властей, как применение и развитие аппаратно-программного комплекса «Безопасный город». системы позволяют пошагово отследить события – от места происшествия до того, как действовал и куда скрылся преступник. Правительство Петербурга сделало большой шаг в обеспечении спокойствия на улицах города, развивая это направление.

Кроме того, создана система профессионального образования. В Петербурге есть кадетские классы, а в Академии СК РФ обучаются будущие специалисты. Готовим кадры, которые приходят в систему не только с теоретическими, но и практическими навыками, полученными в ходе обучения и стажировки в действующих подразделениях. То есть они уже имеют опыт расследования уголовных дел.

К тому же за прошедшие годы важным достижением стало создание Судебно-экспертного центра. Работают современные генетические лаборатории. Благодаря этому раскрываются не только новые, но и преступления прошлых лет.

– Каким образом?

– В прошлые годы генетическая экспертиза была чем-то штучным и сложным. Теперь можно очень быстро уточнить генотип и все детали по конкретному веществу. Экспертизы проходят массово и по всем делам.

Занимаясь новыми уголовными расследованиями, обязательно поднимаем старые, проверяем сохранившиеся вещественные доказательства на предмет связи между ними.

Нередко бывает так, что преступник повторно совершает какое-либо правонарушение. У него берут образец ДНК. Затем сравнивают его с базой данных. Если обнаруживаются совпадения, проводится дополнительное расследование, чтобы установить возможную причастность к другим преступлениям.

– Как это происходит?

– Приведу пример расследования уголовного дела по факту угона снегохода в Мурманске. После проверки подозреваемого оказалось, что он мог быть причастен к убийству адвоката в Петербурге, совершённому в 1996 году. На тот момент шёл 2018 год. Установлено, что только что окончивший академию курсант после выпуска остался с дипломом, но без денег, на дворе 96-й. Средств добраться до дома в Мурманской области нет.

У курсанта произошла встреча с адвокатом, который пригласил выпускника к себе и пообещал помочь материально. На бытовой почве происходит убийство. Молодой человек забрал все ценное из квартиры и был таков. Начал новую жизнь у себя на малой родине.

Спустя 20 лет его поймали на краже снегохода. Отвезли в изолятор, где взяли генетический образец. Сопоставили с базой и нашли связь с убийством в Петербурге.

– Ему сразу предъявили обвинение в убийстве на основании анализа?

– Нет. Следователи изучали, что он делал, где был, как учился, чем занимался, когда уехал в Мурманскую область и так далее. Провели целый комплекс операций, позволивших подтвердить полную причастность к преступлению 96-го года, собрали доказательную базу, под тяжестью которой злоумышленник признал свою вину.

– Как решается вопрос с врачебными ошибками?

– Ежегодно возбуждается порядка десяти уголовных дел по этой тематике. При этом проверка проводится по каждому обращению. Сейчас у нас есть свой судебный центр экспертиз, проводим исследования в своих лабораториях. Подобный подход позволяет исключить возможность искажения результатов.

Несколько лет назад я принимал участие в расследовании дела о медицинской пеленке, которую врачи оставили в животе роженицы после кесарева сечения. Женщину выписали, но боли остались, состояние ухудшалось. В другой больнице ей провели срочную операцию и извлекли из живота забытую пленку размерами 84 на 117 сантиметров. Здоровью потерпевшей был причинен тяжкий вред. Итогом стало то, что приговором суда врач и медсестра, проводившие первую операцию, получили наказание в виде двух лет ограничения свободы и запрет заниматься медицинской деятельностью в течение 2,5 года.

Наша задача заключается не в том, чтобы непременно привлечь врачей к уголовной ответственности, а в том, чтобы объективно проанализировать ситуацию и выявить конкретные недостатки и проблемы, возникающие при проведении медицинских процедур, операций и иных вмешательств. При этом если установлено наличие тех или иных нарушений в ходе лечения, однако смерть пациента наступила фактически не по вине врача, то даже в случае прекращения уголовного дела конкретный факт разбирается на врачебной комиссии. Вносятся изменения в административные регламенты, должностные инструкции медицинских учреждений, чтобы такие ситуации не возникали впредь. Таким образом, при расследовании уголовных дел о возможных врачебных ошибках особое внимание следователями уделяется профилактической работе, то есть следственным путем выявляются проблемные точки, которые можно изменить, и другие пациенты не столкнутся с той или иной проблемой.

– Какие в Санкт-Петербурге есть проблемы, вызывающие общественный резонанс?

– Самокатчики. Этот вопрос стал резонансным еще несколько лет назад. Они сбивали прохожих, туристов, детей, пожилых людей. Были буквально повсюду.

В ходе расследования уголовных дел смотрели, как и почему происходят подобные происшествия. В итоге, при непосредственном участии управления и правительства Санкт-Петербурга, были выработаны четкие правила использования электросамокатов, внесены корректировки в законодательство. В результате центр Петербурга, где всегда много горожан и туристов, полностью освобожден от самокатов. Также определен конкретный перечень мест с ограничением максимальной скорости до 15 километров в час. Все принятые меры существенно снизили число травм, полученных вследствие нарушений правил дорожного движения пользователями электросамокатов. За последние два года, после принятия новых мер, тяжелых случаев удалось избежать практически полностью.

– Как ведется борьба с мошенниками?

– Нередко злоумышленники находятся в одном регионе, а обрабатывают своих жертв в другом. Очевидно, что они это делают, чтобы запутать следы, которые ведут к ним, затянуть расследование. IP-телефония, различные способы обработки молодежи и детей в глобальной Сети. Их мошенники чаще всего используют как дропперов, то есть людей, которые, не всегда осознавая это, помогают мошенникам выводить и обналичивать денежные средства, полученные преступным путем. Передают от одного курьера другому деньги, карты и так далее.

Это большая проблема, которой плотно занимаются правоохранительные органы, и не только Следственный комитет. Тут важную роль играет профилактика, и родителям надо четко пояснять детям, что необходимо быть очень внимательными при общении в Сети.

Есть и те, кто занимается подобным абсолютно осознанно. Например, был случай с молодым человеком из Челябинска. Ему мошенники купили билет и оплатили хостел. За несколько дней он успел совершить несколько эпизодов мошенничества. Тут человек целенаправленно искал легких денег, а получил срок.

– Чему еще уделяется особое внимание?

– Невыплате заработанной платы. Тут главное не только наказать нарушителя, а восстановить справедливость, то есть обеспечить выплату законно заработанных работниками денег со стороны работодателя.

У нас хорошие показатели и по возмещению ущерба потерпевшим при различных преступлениях. Если человек или компания похитили имущество, средства, находим, изымаем в сторону пострадавшей стороны. В 2015 году возмещение составило 1,5 миллиарда рублей, а в 2025 – уже 2,6.

– Как продвигается борьба с коррупцией?

– В 2025 году Главным следственным управлением возбуждено около 850 уголовных дел о коррупционных преступлениях.

Коррупция будет всегда. Однако появляются новые методы для борьбы с ней таким образом, чтобы и тот, кто дает и тот, кто берет, понесли справедливое наказание. И что особенно важно, вернуть государственные средства обратно туда, откуда они были изъяты для блага людей.

Поменялись методы выявления коррупционных преступлений. Опять же, многое у злоумышленников ушло в электронные деньги, криптовалюту. Благодаря Росфинмониторингу и другим инструментам, есть возможности отслеживать ряд этих операций для доказательства причастности участников к «хитростям» по сокрытию.

– Как обстоят дела с миграцией?

– При расследовании любого уголовного преступления, совершённого мигрантом, наша цель состоит не только в том, чтобы выяснить обстоятельства содеянного. Необходимо понять, как он приехал в РФ. У кого снял квартиру, на каких основаниях, кому платил деньги за ту или иную услугу. Насколько человек, который получал с этой сделки деньги, причастен к незаконной миграции. Тут уже возникает вопрос привлечения к ответственности собственника жилья.

Порой из одного преступления мы выявляем несколько. Как-то во Фрунзенском районе Петербурга пришли к собственнику жилья в ходе расследования по бытовому преступлению, совершенному мигрантом. Прошел обыск. Нашли ряд документов. Тут-то и выяснилось, что собственник сдавала несколько квартир и все – приезжим. Владельца жилплощади привлекаем к ответственности, попутно выясняем, кто участковый, поднимаем их переписку. Понимаем, что он получил взятки за то, что не замечал происходящего. Выявляется еще и коррупционное преступление.

Так, от одного происшествия выявляется целый ряд и их состав. После сбора доказательств все направляется в суд.

К примеру, в январе 2025 года в суд направлено уголовное дело по обвинению участкового уполномоченного 2-го отдела полиции УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга по обвинению в получении взяток и превышении должностных полномочий.

В ходе следствия установлено, что он выявил на Сенном рынке трех мигрантов, которые осуществляли коммерческую деятельность с нарушением законодательства, выдвинул им требования систематически платить ему от 4 до 5 тысяч рублей за непривлечение к административной ответственности. Кроме того, он предложил свое покровительство деятельности нескольких лиц, связанных с организацией незаконного пребывания иностранных граждан на территории города, от которых также получил взятки.

В ходе работы следователей и сотрудников регионального управления собственной безопасности регионального главка МВД России удалось собрать доказательства и задержать нечистого на руку участкового. В итоге суд назначил ему наказание в виде 9 лет лишения свободы со штрафом в размере одного миллиона рублей. Взяткодатели тоже были осуждены. Это наглядный пример справедливого правосудия, где и тот, кто дал, и тот, кто взял взятку, получили предусмотренное законом наказание.