Майор, начальник штаба – бортовой оператор АОСН ГУ Росгвардии по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Валерий Шахов рассказал "ПД", какими возможностями обладают воздушные патрули для борьбы с нарушителями, черными лесорубами и автоугонщиками. Винтокрылые машины зорко следят за порядком в Северной столице и Ленинградской области.

"Петербургский дневник": Какие задачи стоят перед авиационным отрядом специального назначения (АОСН) Росгвардии?

Валерий Шахов: Прежде всего это воздушная разведка, патрулирование, поиск лиц, находящихся в розыске, пресечение нарушений на автодорогах и авиа­поддержка при обеспечении правопорядка на массовых мероприятиях. В наши обязанности также входит переброска сил и средств спецподразделений Росгвардии и подразделений МВД России, это могут быть штурмовые группы или следственно-опе­ративные группы. Оказываем содействие другим правоохранительным органам в борьбе с экстремизмом и терроризмом.

Фото: пресс-служба ГУ Росгвардии

"Петербургский дневник": Какая техника стоит на вооружении отряда?

Валерий Шахов: Наш главный козырь – легкий многоцелевой вертолет Ка-226. Эта машина незаменима в городских условиях. Соосная система Камова позволяет удерживать вертолет в практически идеальном равновесии, чего, скажем, невозможно добиться на машинах Миля. Мы можем принять на борт снайперскую группу или пулеметный расчет для поддержки наземных групп. Ка-226 способен доставить штурмовой отряд в любую точку города, сбросить водолазов в акваторию и сесть на пятачок размером 15‑20 м. К примеру, на крышу здания.

Еще пример. Наши летчики садились на КАД, чтобы доставить следственно-оперативную группу к месту крупной дорожной аварии и эвакуировать пострадавших. Ми-8Т, также стоящий у нас на вооружении, куда более тяжелый; на крышу или запруженную машинами КАД он не смог бы приземлиться, зато незаменим при работе на обширной территории Ленобласти.

Необходимо отдельно упомянуть о спецоборудовании на борту Ка-226, которое позволяет проводить мониторинг массовых мероприятий и в режиме онлайн передавать видеокартинку в любой наземный штаб. Это позволяет оценить ситуацию в целом и повышает оперативность принятия решений наземными силами. Видео­наблюдение с воздуха – важная часть системы "Безопасный город", разработанной для предупреждения опасных ситуаций, преступлений: начиная от фото- и видеофиксации и заканчивая центром обработки сигналов "гражданин – полиция".

Фото: пресс-служба ГУ Росгвардии

Кроме вертолетов у нас есть комплексы БПЛА (беспилотные летательные аппараты) вертолетного и самолетного типа.

"Петербургский дневник": Вы упомянули специальное оборудование на борту вертолета, расскажите подробнее о его возможностях.

Валерий Шахов: Наши машины оборудованы гиростабилизированной оптико-электронной системой "КВАД", которая позволяет с высоты птичьего полета зафиксировать марку и номер машины или, например, название газеты, которую читает подозреваемый.

При совместных операциях с ГИБДД наши летчики и экипажи расчетов БПЛА фиксировали различные нарушения, пересечение двойной сплошной и т. п. На ближайшем посту дорожной полиции машину нарушителя останавливали и предъявляли стоп-кадр с фиксацией. Тут уж не отвертишься, как в песне поется: "Мне сверху видно все, ты так и знай".

Как‑то зимой мы зафиксировали в Финском заливе подозрительное торговое судно, с которого на лед выгружали некий груз. Как выяснилось позднее, это оказались наркотики, которые переправлялись на большую землю снегоходами по льду. Заметив наше приближение, контрабандисты попытались уничтожить груз и даже сожгли снегоходы, чтобы оперативные службы МВД не пробили их по номерам. Несмотря на это, наши летчики увидели достаточно, поэтому преступников быстро задержали наземные силы.

Отдельную сложность для любой авиации представляют ночные полеты, когда можно полагаться только на показания приборов. Наши вертолеты и БПЛА оборудованы тепловизорами и другими приборами, которые позволяют без труда ориентироваться в кромешной тьме. При необходимости мы можем подсветить дорогу наземным подразделениям сверхмощным прожектором и даже использовать его как светошоковое оружие: захватить ослепленного противника проще некуда. К слову, поэтому прожектор не применяется на автодорогах, иначе не избежать беды.

"Петербургский дневник": В чем специфика работы АОСН в Петербурге?

Валерий Шахов: Полеты над любым городом довольно непростая задача уже потому, что одновременно движутся десятки воздушных судов. Важно, что над жилыми массивами разрешены полеты только воздушным судам, оборудованным двумя двигателями, чтобы при каких‑либо неполадках или отказах работы авиаоборудования экипаж мог дотянуть до аэродрома или вертолетной площадки. А над исторической частью города большинству летательных средств полеты запрещены.

Касательно БПЛА: в черте города мы не используем беспилотники самолетного типа, хотя они способны развивать большую скорость и действовать на расстоянии до 50 км, в городе чаще нужна скрытность. В этом деле помогают малозаметные мини-вертолеты, чтобы заглянуть за различные преграды. К примеру, оперативнику необходимо проверить автостоянку или авторазборку на предмет угнанного автомобиля, но если он пойдет туда сам, то может спугнуть злоумышленников. Тогда обращаются за помощью к нам, БПЛА способен незаметно получить всю необходимую информацию.

Фото: пресс-служба ГУ Росгвардии

В большинстве случаев никто не смотрит в небо каждые 5 минут, приговаривая: "По‑моему, за мной следит беспилотник". Но бывают и исключения. Так, при разведке на объекте, где предположительно скрывался преступник, находящийся в федеральном розыске, БПЛА был обстрелян и чудом смог вернуться в мобильный штаб.

"Петербургский дневник": С чем чаще всего приходится сталкиваться авиаотряду Росгвардии на практике?

Валерий Шахов: Сложно сказать однозначно. Регулярно мы фиксируем случаи вырубки лесов черными лесорубами, незаконной рыбной ловли, боремся с автогонщиками. Недавно экипаж вертолета Ми-8 доставлял группу разминирования ОМОНа и кинологов в Выборг на вызов.

Однажды преступники увели дорогущую машину с системой, откликающейся на приближение хозяина с электронным брелоком. Мы облетели с сотрудниками уголовного розыска почти весь город и в одном из гаражных комплексов обнаружили пропажу по радиосигналу.

"Петербургский дневник": Сколько времени необходимо для подготовки к вылету?

Валерий Шахов: Около 40 минут, в реальной жизни все несколько не так, как это часто показывают в кино. Полицейские погони из американских боевиков не характерны для нашего региона, но при необходимос­ти мы можем обнаружить и отследить любую цель.

В 2016 г. вертолетчики Росгвардии выполнили более 400 вылетов, совместно с полицией раскрыли два уголовных преступления и 77 фактов хищений биоресурсов, обнаружили пять лиц, находившихся в розыске.

2017-03-14T12:38:00+03:00
Начальник штаба АОСН ГУ Росгвардии Валерий Шахов: наш главный козырь – вертолет Ка-226

Майор, начальник штаба – бортовой оператор АОСН ГУ Росгвардии по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Валерий Шахов рассказал "ПД", какими возможностями обладают воздушные патрули для борьбы с нарушителями, черными лесорубами и автоугонщиками. Винтокрылые машины зорко следят за порядком в Северной столице и Ленинградской области.

Читать далее

"Петербургский дневник": Какие задачи стоят перед авиационным отрядом специального назначения (АОСН) Росгвардии?

Валерий Шахов: Прежде всего это воздушная разведка, патрулирование, поиск лиц, находящихся в розыске, пресечение нарушений на автодорогах и авиа­поддержка при обеспечении правопорядка на массовых мероприятиях. В наши обязанности также входит переброска сил и средств спецподразделений Росгвардии и подразделений МВД России, это могут быть штурмовые группы или следственно-опе­ративные группы. Оказываем содействие другим правоохранительным органам в борьбе с экстремизмом и терроризмом.

Фото: пресс-служба ГУ Росгвардии

"Петербургский дневник": Какая техника стоит на вооружении отряда?

Валерий Шахов: Наш главный козырь – легкий многоцелевой вертолет Ка-226. Эта машина незаменима в городских условиях. Соосная система Камова позволяет удерживать вертолет в практически идеальном равновесии, чего, скажем, невозможно добиться на машинах Миля. Мы можем принять на борт снайперскую группу или пулеметный расчет для поддержки наземных групп. Ка-226 способен доставить штурмовой отряд в любую точку города, сбросить водолазов в акваторию и сесть на пятачок размером 15‑20 м. К примеру, на крышу здания.

Еще пример. Наши летчики садились на КАД, чтобы доставить следственно-оперативную группу к месту крупной дорожной аварии и эвакуировать пострадавших. Ми-8Т, также стоящий у нас на вооружении, куда более тяжелый; на крышу или запруженную машинами КАД он не смог бы приземлиться, зато незаменим при работе на обширной территории Ленобласти.

Необходимо отдельно упомянуть о спецоборудовании на борту Ка-226, которое позволяет проводить мониторинг массовых мероприятий и в режиме онлайн передавать видеокартинку в любой наземный штаб. Это позволяет оценить ситуацию в целом и повышает оперативность принятия решений наземными силами. Видео­наблюдение с воздуха – важная часть системы "Безопасный город", разработанной для предупреждения опасных ситуаций, преступлений: начиная от фото- и видеофиксации и заканчивая центром обработки сигналов "гражданин – полиция".

Фото: пресс-служба ГУ Росгвардии

Кроме вертолетов у нас есть комплексы БПЛА (беспилотные летательные аппараты) вертолетного и самолетного типа.

"Петербургский дневник": Вы упомянули специальное оборудование на борту вертолета, расскажите подробнее о его возможностях.

Валерий Шахов: Наши машины оборудованы гиростабилизированной оптико-электронной системой "КВАД", которая позволяет с высоты птичьего полета зафиксировать марку и номер машины или, например, название газеты, которую читает подозреваемый.

При совместных операциях с ГИБДД наши летчики и экипажи расчетов БПЛА фиксировали различные нарушения, пересечение двойной сплошной и т. п. На ближайшем посту дорожной полиции машину нарушителя останавливали и предъявляли стоп-кадр с фиксацией. Тут уж не отвертишься, как в песне поется: "Мне сверху видно все, ты так и знай".

Как‑то зимой мы зафиксировали в Финском заливе подозрительное торговое судно, с которого на лед выгружали некий груз. Как выяснилось позднее, это оказались наркотики, которые переправлялись на большую землю снегоходами по льду. Заметив наше приближение, контрабандисты попытались уничтожить груз и даже сожгли снегоходы, чтобы оперативные службы МВД не пробили их по номерам. Несмотря на это, наши летчики увидели достаточно, поэтому преступников быстро задержали наземные силы.

Отдельную сложность для любой авиации представляют ночные полеты, когда можно полагаться только на показания приборов. Наши вертолеты и БПЛА оборудованы тепловизорами и другими приборами, которые позволяют без труда ориентироваться в кромешной тьме. При необходимости мы можем подсветить дорогу наземным подразделениям сверхмощным прожектором и даже использовать его как светошоковое оружие: захватить ослепленного противника проще некуда. К слову, поэтому прожектор не применяется на автодорогах, иначе не избежать беды.

"Петербургский дневник": В чем специфика работы АОСН в Петербурге?

Валерий Шахов: Полеты над любым городом довольно непростая задача уже потому, что одновременно движутся десятки воздушных судов. Важно, что над жилыми массивами разрешены полеты только воздушным судам, оборудованным двумя двигателями, чтобы при каких‑либо неполадках или отказах работы авиаоборудования экипаж мог дотянуть до аэродрома или вертолетной площадки. А над исторической частью города большинству летательных средств полеты запрещены.

Касательно БПЛА: в черте города мы не используем беспилотники самолетного типа, хотя они способны развивать большую скорость и действовать на расстоянии до 50 км, в городе чаще нужна скрытность. В этом деле помогают малозаметные мини-вертолеты, чтобы заглянуть за различные преграды. К примеру, оперативнику необходимо проверить автостоянку или авторазборку на предмет угнанного автомобиля, но если он пойдет туда сам, то может спугнуть злоумышленников. Тогда обращаются за помощью к нам, БПЛА способен незаметно получить всю необходимую информацию.

Фото: пресс-служба ГУ Росгвардии

В большинстве случаев никто не смотрит в небо каждые 5 минут, приговаривая: "По‑моему, за мной следит беспилотник". Но бывают и исключения. Так, при разведке на объекте, где предположительно скрывался преступник, находящийся в федеральном розыске, БПЛА был обстрелян и чудом смог вернуться в мобильный штаб.

"Петербургский дневник": С чем чаще всего приходится сталкиваться авиаотряду Росгвардии на практике?

Валерий Шахов: Сложно сказать однозначно. Регулярно мы фиксируем случаи вырубки лесов черными лесорубами, незаконной рыбной ловли, боремся с автогонщиками. Недавно экипаж вертолета Ми-8 доставлял группу разминирования ОМОНа и кинологов в Выборг на вызов.

Однажды преступники увели дорогущую машину с системой, откликающейся на приближение хозяина с электронным брелоком. Мы облетели с сотрудниками уголовного розыска почти весь город и в одном из гаражных комплексов обнаружили пропажу по радиосигналу.

"Петербургский дневник": Сколько времени необходимо для подготовки к вылету?

Валерий Шахов: Около 40 минут, в реальной жизни все несколько не так, как это часто показывают в кино. Полицейские погони из американских боевиков не характерны для нашего региона, но при необходимос­ти мы можем обнаружить и отследить любую цель.

В 2016 г. вертолетчики Росгвардии выполнили более 400 вылетов, совместно с полицией раскрыли два уголовных преступления и 77 фактов хищений биоресурсов, обнаружили пять лиц, находившихся в розыске.

Новости по теме

Комментарии

Чтобы написать комментарий, необходимо авторизоваться через социальные сети:
или 

Новости в сети

Новости

Новости в сети

Новости в сети

Социальные сети