В Петербурге живет опытный подводник, который принимал непосредственное участие в ликвидации различных последствий ядерно-радиационных аварий. Капитан 1‑го ранга (в отставке), ветеран подразделений особого риска Вячеслав Акулецкий рассказал "ПД", почему опыт подводников-атомщиков оказался бесценным при ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС и очистке от радиационного загрязнения территорий вокруг Северной столицы.

"Петербургский дневник": Скажите, авария на Чернобыльской атомной станции была ­неожиданностью?

Вячеслав Акулецкий: И да, и нет. За 25 лет, предшествующих событиям на ЧАЭС, на первых отечест­венных атомных подлодках (АПЛ) было зафиксировано около 400 радиационных аварий на ядерных энергетичес­ких установках. Во время становления советского атомного флота радиационному облучению подверглись более тысячи подводников, а общее количество моряков, пострадавших от этих аварий, сопоставимо с количеством погибших в результате чернобыльских событий.

Фото: pixabay

Всего за 8 с половиной месяцев до Чернобыля, 10 августа 1985 г., на АПЛ К-431, завершавшей перезарядку реакторов на заводе ВМФ в бухте Чажма, ­произошла серьезная ядерно-радиационная авария. Во многом события в Чажме стали прообразом случившегося на ЧАЭС.

При перезагрузке топлива в активных зонах реакторов АПЛ обнаружилась неплотность прилегания крышки носового реактора. Рабочие попытались поднять крышку, но допустили роковую ошибку – вместе с крышкой из активной зоны реактора были подняты все поглотители нейтронов. Похожая ситуация была и на ЧАЭС. Мгновенное выведение стержней-поглотителей привело к началу неконтролируемой реакции и взрыву.

Обладай специалисты-атомщики информацией о причинах аварии на К-431, возможно, удалось бы ­предотвратить взрыв на ЧАЭС. К сожалению, вся информация о природе "мини-чернобыля", как стали называть аварию в Чажме гораздо позднее, была строжайше засекречена.

Когда стало известно о взрыве на ЧАЭС, в числе первых на ликвидацию последствий аварии были брошены флотские офицеры, одни из немногих специалис­тов, имеющих реальный опыт борьбы с распространением радиации.

Фото: freeimages

"Петербургский дневник": Расскажите о роли флота в ликвидации аварии на ЧАЭС.

Вячеслав Акулецкий: С первых дней аварии в Чернобыле работали специалис­ты управления радиационной безопасности Мин­обороны СССР, возглавлял которое контр-адмирал Виктор Владимиров, бывший начальник химической службы Северного флота. Он, как и многие специалисты управления, приобрел свои профессиональные навыки и опыт на атомном подводном флоте.

Еще 26 апреля, в день аварии на ЧАЭС, специалисты управления провели радиационную разведку, результаты которой были представлены госкомисии.

В тот же день из Припяти были эвакуированы около 50 тыс. человек. Специалисты 225-й Центральной лаборатории РБ ВМФ (Гатчина) установили автоматизированную флотскую систему радиационной разведки, что позволило проводить мониторинг радиационной обстановки в 30‑километровой зоне отчуждения вокруг ЧАЭС дистанционно, то есть держать руку на пульсе ситуации.

С флотских складов в зону бедствия вывозились системы радиационного контроля и средства индивидуальной защиты, именно атомный подводный флот оказался наиболее оснащен необходимым оборудованием. В огромных объемах поставлялся специальный состав для дезактивации техники, помещений третьего и четвертого энергоблоков. Необходимо отметить, что все пункты дезактивации и санобработки в зоне Чернобыльской АЭС повторяли технические решения по аналогичным объектам на АПЛ.

Неоценимым оказался опыт ликвидации событий в Чажме, которым флотским офицерам наконец‑то разрешили поделиться, приоткрыв завесу секретности.

"Петербургский дневник": Применялись ли в зоне ЧАЭС экспериментальные материалы?

Вячеслав Акулецкий: Первый ЦНИИ кораблестроения (Ленинград) доставил в Чернобыль опытную партию новейших рецептур полимерных покрытий (латексных), которые оказали неоценимую помощь в защите от радиации техники, в частности, вертолетов, использовавшихся для облета наиболее опасных зон.

Фото: rosatomflot.ru

Сразу после случившегося на ЧАЭС группу ленинградских офицеров ВМФ (в прошлом – испытатели ядерного оружия на Новоземельском полигоне) направили в зону отчуждения. Перед ними была поставлена неординарная задача – проводить мониторинг и диагностику состояния разрушенного реактора, используя уникальную аппаратуру под кодовым названием "Сплав". Это датчики гамма-излучения для измерения сверхвысоких уровней радиации. Выполнение этой задачи играло важнейшую роль, ведь сущест­вовала вероятность второго взрыва. К примеру, 28 апреля температура в аварийном реакторе перевалила за 3 тыс. градусов. Выполнение задачи было связано с невероятным риском, так как требовалось установить аппаратуру на различных уровнях разбитого реактора, в зонах сверхвысокой радиации. Надо ли говорить, что ранее подобные работы нигде в мире не проводились.

"Петербургский дневник": Флоту пришлось заниматься ликвидацией последствий аварии не только в зоне ЧАЭС, но и на других территориях, попавших под выброс радиоактивных веществ из четвертого энергоблока. Какие работы велись в Ленобласти?

Вячеслав Акулецкий: По экспертным оценкам, в результате аварии на Чернобыльской АЭС в зоне загрязнения оказалось 17 стран, общая площадь заражения превысила 200 тыс. км2. Серьезно пострадали территории России, Белоруссии и Украины. Не обошла беда и Ленинградскую область.

В 1991 г. мы вместе с капитаном 1-го ранга Анатолием Волковым выступили с инициативой создания в структуре Леноблисполкома отдела экологической и радиационной безопасности.

Одним из достижений работы отдела стало проведение комплексного обследования 230 населенных пунктов в Кингисеппском, Волосовском, Гатчинском, Лужском и Ломоносовском районах.

В результате было выявлено 44 поселения, расположенных по большей части в Кингисеппском и Волосовском районах, где прослеживался "чернобыльский след". Основным источником загрязнения был определен радионуклид цезий-137.

Надо сказать, что Анатолий Волков принял активное участие в процессе очистки Ленинградской области от радиоактивного загрязнения. При его участии велась разработка программы по защите населения РФ от воздействия последствий чернобыльской катастрофы. В результате в Ленинградскую область начали поступать средства из федерального бюджета, что позволило провести эффективную борьбу с радиоактивным загрязнением.

Проведенная работа вкупе с природным периодом распада цезия-137 (около 30 лет) позволила снизить радиоактивный фон до минимума. На сегодня уровень загрязнения в выявленных очагах не превышает природного фона. Несмотря на это, вопрос о реабилитации загрязненных территорий Ленинградской области еще не решен до конца.

2017-09-12T12:56:00+03:00
Подводник Вячеслав Акулецкий: аварию на ЧАЭС ликвидировали и флотские офицеры

В Петербурге живет опытный подводник, который принимал непосредственное участие в ликвидации различных последствий ядерно-радиационных аварий. Капитан 1‑го ранга (в отставке), ветеран подразделений особого риска Вячеслав Акулецкий рассказал "ПД", почему опыт подводников-атомщиков оказался бесценным при ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС и очистке от радиационного загрязнения территорий вокруг Северной столицы.

Читать далее

"Петербургский дневник": Скажите, авария на Чернобыльской атомной станции была ­неожиданностью?

Вячеслав Акулецкий: И да, и нет. За 25 лет, предшествующих событиям на ЧАЭС, на первых отечест­венных атомных подлодках (АПЛ) было зафиксировано около 400 радиационных аварий на ядерных энергетичес­ких установках. Во время становления советского атомного флота радиационному облучению подверглись более тысячи подводников, а общее количество моряков, пострадавших от этих аварий, сопоставимо с количеством погибших в результате чернобыльских событий.

Фото: pixabay

Всего за 8 с половиной месяцев до Чернобыля, 10 августа 1985 г., на АПЛ К-431, завершавшей перезарядку реакторов на заводе ВМФ в бухте Чажма, ­произошла серьезная ядерно-радиационная авария. Во многом события в Чажме стали прообразом случившегося на ЧАЭС.

При перезагрузке топлива в активных зонах реакторов АПЛ обнаружилась неплотность прилегания крышки носового реактора. Рабочие попытались поднять крышку, но допустили роковую ошибку – вместе с крышкой из активной зоны реактора были подняты все поглотители нейтронов. Похожая ситуация была и на ЧАЭС. Мгновенное выведение стержней-поглотителей привело к началу неконтролируемой реакции и взрыву.

Обладай специалисты-атомщики информацией о причинах аварии на К-431, возможно, удалось бы ­предотвратить взрыв на ЧАЭС. К сожалению, вся информация о природе "мини-чернобыля", как стали называть аварию в Чажме гораздо позднее, была строжайше засекречена.

Когда стало известно о взрыве на ЧАЭС, в числе первых на ликвидацию последствий аварии были брошены флотские офицеры, одни из немногих специалис­тов, имеющих реальный опыт борьбы с распространением радиации.

Фото: freeimages

"Петербургский дневник": Расскажите о роли флота в ликвидации аварии на ЧАЭС.

Вячеслав Акулецкий: С первых дней аварии в Чернобыле работали специалис­ты управления радиационной безопасности Мин­обороны СССР, возглавлял которое контр-адмирал Виктор Владимиров, бывший начальник химической службы Северного флота. Он, как и многие специалисты управления, приобрел свои профессиональные навыки и опыт на атомном подводном флоте.

Еще 26 апреля, в день аварии на ЧАЭС, специалисты управления провели радиационную разведку, результаты которой были представлены госкомисии.

В тот же день из Припяти были эвакуированы около 50 тыс. человек. Специалисты 225-й Центральной лаборатории РБ ВМФ (Гатчина) установили автоматизированную флотскую систему радиационной разведки, что позволило проводить мониторинг радиационной обстановки в 30‑километровой зоне отчуждения вокруг ЧАЭС дистанционно, то есть держать руку на пульсе ситуации.

С флотских складов в зону бедствия вывозились системы радиационного контроля и средства индивидуальной защиты, именно атомный подводный флот оказался наиболее оснащен необходимым оборудованием. В огромных объемах поставлялся специальный состав для дезактивации техники, помещений третьего и четвертого энергоблоков. Необходимо отметить, что все пункты дезактивации и санобработки в зоне Чернобыльской АЭС повторяли технические решения по аналогичным объектам на АПЛ.

Неоценимым оказался опыт ликвидации событий в Чажме, которым флотским офицерам наконец‑то разрешили поделиться, приоткрыв завесу секретности.

"Петербургский дневник": Применялись ли в зоне ЧАЭС экспериментальные материалы?

Вячеслав Акулецкий: Первый ЦНИИ кораблестроения (Ленинград) доставил в Чернобыль опытную партию новейших рецептур полимерных покрытий (латексных), которые оказали неоценимую помощь в защите от радиации техники, в частности, вертолетов, использовавшихся для облета наиболее опасных зон.

Фото: rosatomflot.ru

Сразу после случившегося на ЧАЭС группу ленинградских офицеров ВМФ (в прошлом – испытатели ядерного оружия на Новоземельском полигоне) направили в зону отчуждения. Перед ними была поставлена неординарная задача – проводить мониторинг и диагностику состояния разрушенного реактора, используя уникальную аппаратуру под кодовым названием "Сплав". Это датчики гамма-излучения для измерения сверхвысоких уровней радиации. Выполнение этой задачи играло важнейшую роль, ведь сущест­вовала вероятность второго взрыва. К примеру, 28 апреля температура в аварийном реакторе перевалила за 3 тыс. градусов. Выполнение задачи было связано с невероятным риском, так как требовалось установить аппаратуру на различных уровнях разбитого реактора, в зонах сверхвысокой радиации. Надо ли говорить, что ранее подобные работы нигде в мире не проводились.

"Петербургский дневник": Флоту пришлось заниматься ликвидацией последствий аварии не только в зоне ЧАЭС, но и на других территориях, попавших под выброс радиоактивных веществ из четвертого энергоблока. Какие работы велись в Ленобласти?

Вячеслав Акулецкий: По экспертным оценкам, в результате аварии на Чернобыльской АЭС в зоне загрязнения оказалось 17 стран, общая площадь заражения превысила 200 тыс. км2. Серьезно пострадали территории России, Белоруссии и Украины. Не обошла беда и Ленинградскую область.

В 1991 г. мы вместе с капитаном 1-го ранга Анатолием Волковым выступили с инициативой создания в структуре Леноблисполкома отдела экологической и радиационной безопасности.

Одним из достижений работы отдела стало проведение комплексного обследования 230 населенных пунктов в Кингисеппском, Волосовском, Гатчинском, Лужском и Ломоносовском районах.

В результате было выявлено 44 поселения, расположенных по большей части в Кингисеппском и Волосовском районах, где прослеживался "чернобыльский след". Основным источником загрязнения был определен радионуклид цезий-137.

Надо сказать, что Анатолий Волков принял активное участие в процессе очистки Ленинградской области от радиоактивного загрязнения. При его участии велась разработка программы по защите населения РФ от воздействия последствий чернобыльской катастрофы. В результате в Ленинградскую область начали поступать средства из федерального бюджета, что позволило провести эффективную борьбу с радиоактивным загрязнением.

Проведенная работа вкупе с природным периодом распада цезия-137 (около 30 лет) позволила снизить радиоактивный фон до минимума. На сегодня уровень загрязнения в выявленных очагах не превышает природного фона. Несмотря на это, вопрос о реабилитации загрязненных территорий Ленинградской области еще не решен до конца.

Новости по теме

Комментарии

Чтобы написать комментарий, необходимо авторизоваться через социальные сети:
или 

Новости в сети

Новости

Новости в сети

Новости в сети

Социальные сети